– Какие?

– Что бы там ни говорили про неуязвимость этого, как выразился майор Федотов «Белого Тигра», ни один немецкий тяжелый танк не способен выдержать попадание тяжелого снаряда. И это медицинский факт. А значит, нужны поставленные на прямую наводку на предполагаемом участке появления этого танка гаубицы, калибра не менее 122-мм, либо новые тяжелые САУ «Су-122» или «Су-152». Не помешает и деликатное минирование места его предполагаемого появления. Плюс хорошо бы иметь наготове, для накрытия болота, чтобы ни одна сволочь оттуда не ушла, еще тяжелую артиллерию, «катюши» или штурмовую авиацию. На всякий пожарный нужна и связь с истребительной авиацией, а то мало ли – вдруг воздушное прикрытие понадобится… Как-то так, товарищ майор. А еще надо следить в оба за болотами на этом участке фронта. Ведь не исключено, что немцы уже готовят следующую вылазку. И когда на болотах появятся эти «зеленые огни», про которые говорил майор Федотов, нам надо постараться понять, что это такое и что именно они означают…

Никитин подумал над моими словами минут пять, а потом встал с завалинки и направился, но не в избу, а обратно к «Виллису». Как видно, опять рванул в штаб армии с рацпредложениями. Вернулся он далеко за полночь, когда остальной личный состав уже дрых под звуки недалекой канонады.

Похоже, его предложения были приняты. По крайней мере выглядел он вполне довольным.

Наутро в деревне Мраково объявились сначала майор Федотов с несколькими бойцами из армейской разведки (скорбного головушкой давешнего танкиста Насонова с ними, что характерно, не было), а затем во главе маленькой автоколонны, состоящей из «Доджа – три четверти» и «Студера» с металлическим КУНГом-будкой приехал и полковник Заманухин, настроенный более чем по-деловому, но выглядевший невыспавшимся.

В КУНГе оказалось хитрое импортное радиооборудование, позволявшее вести радиоразведку (ну, «радиоразведка» в данном случае громко сказано, если точнее – это оборудование позволяло стабильно слушать немецкие радиопереговоры в радиусе около ста километров вокруг), уж не знаю, где наш орел-полковник его надыбал, но, по-моему, радиостанции такого уровня в те времена и Генштабу были за счастье. Командовал связистами некий суровый и секретный старший лейтенант по фамилии Кулышев. Первым делом они развернули свое хозяйство за окраиной села, тщательно замаскировались, развернули антенны, выставили вокруг часовых и немедленно присосались к радиоэфиру. К себе секретные связисты не пускали никого, кроме, разумеется, Заманухина и Никитина. От начальства мы узнали, что эти знающие иностранные языки радиоразведчики пытаются вычислить в хаосе фронтовых радиопереговоров позывные немецких штабов, могущих иметь хоть какое-то отношение к явлениям этого, не тонувшего, словно хорошее говно, немецкого танка.