Я побежал и далеко не сразу заставил себя оглянуться. Нет, никто меня не преследовал. Мне показалось, что барельефы исчезли, хотя я не мог утверждать наверняка. Я поспешно прогнал забравшуюся в мои мозги мысль вернуться и проверить. По спине прошел озноб, меня передернуло. Нет уж, что угодно, только не это!..

С ума схожу, да?

Наверное.

Коридор по-прежнему вел прямо, зато мутное дрожание воздуха впереди значительно усилилось. Действительно, как над горячей сковородкой… И с каждым шагом все жарче… жарче…

Через десяток шагов я остановился. Куда девалась комфортная температура, показавшаяся мне прохладой после июльской жары! Здесь было горячо, как в сауне, градусов сто – сто десять. Сухой нагретый воздух струился от пола вверх, но пол, как ни странно, не обжигал босые ступни. Словно я стоял в парной на только что внесенной из предбанника доске.

Что Монстр умеет лучше всего – так это удивлять. Впрочем, ему не впервой.

«ЧИППИ!»

«ЯВНОЙ ОПАСНОСТИ НЕТ. СРЕДА БЛАГОПРИЯТНА ПРИ УСЛОВИИ ПРЕБЫВАНИЯ В НЕЙ НЕ БОЛЕЕ ПЯТНАДЦАТИ МИНУТ».

А что будет потом?

Ответ пришел легко: то, что захочет Монстр. Но я бы соврал, сказав, что меня порадовал такой ответ.

Идти. Идти вперед. Пусть пот заливает глаза, пусть собирается в струйки и противно хлюпает под одеждой. Этот коридор не имеет ответвлений, а позади меня ждет только пещера Нирваны, где я и останусь. Этот сухой жар может означать, что я нахожусь вблизи энергетического источника – назовем его «реактором зонда», – он, вероятно, располагается в геометрическом центре Монстра, а значит, мне осталось прошагать чуть больше километра… если только коридор не заведет в тупик. А если заведет – что ж, я попробую вернуться в пещеру Нирваны и добежать до второго коридора, пока льющийся поток счастья не успел свалить меня на пол.

«РЕКОМЕНДАЦИЯ: ИЗБАВИТЬСЯ ОТ ОДЕЖДЫ».

Чип был прав: пот должен испаряться. Не хватало мне еще загнуться от теплового удара!

Я оставил на себе только парашют. Торопясь, кромсал стропорезом куртку, высвобождая обрывки из-под ремней, располовинил и снял штаны, оборвал с тела датчики. Последним на пол шлепнулся передатчик. Я не стал ждать, когда вся эта груда провалится в пол.

Наверно, при взгляде со стороны это было смешно – потный голый человек, схваченный парашютными ремнями, по-рыбьи разевая рот в надежде глотнуть достаточно кислорода, целеустремленно движется по нескончаемому коридору, временами переходя на бег трусцой… Мне было ничуть не смешно.

Во что бы то ни стало – идти! А когда не останется сил, я поползу. Надоело! Все надоело! Этот поганый растущий урод, внутри которого я брожу, как лабораторная крыса в лабиринте, эта жара, эти глупые фокусы, это место, где меня не собираются принимать за человека! Мне нечего здесь делать, слышите!