– Ефрейтор Бауэр, вам не доводилось встречать здесь птиц? – поинтересовался Дирк у своего заместителя.

– Нет, господин унтер, – отозвался невозмутимый Карл-Йохан после недолгого раздумья. – Полагаю, все живое, что способно хоть как-то передвигаться, сбежало отсюда при первой же возможности. И я не могу укорить его в поспешности.

– Мне сгодится даже завалящая канарейка.

– Не могу сказать про канареек, господин унтер, но из землянки вашего недавнего собеседника лейтенанта Хааса я недавно поутру слышал такие звуки, словно он репетировал с хором голодных павлинов…

– Боюсь, дело серьезное. У нас есть заказ мейстера на пару птичек. А мейстер, увы, не считается с охотничьим сезоном.

В отличие от Хааса, Карл-Йохан понимал, что означает этот таинственный заказ, но тут даже ему оставалось только пожать плечами.

– Полагаю, нам придется спросить кого-то из местных. У этих ребят может быть представление, где укрываются крылатые. Но я бы не стал серьезно надеяться на их помощь, господин унтер.

– Не беспокойтесь, ефрейтор. Я, кажется, успел разжиться здесь друзьями.

«По крайней мере, у меня есть один человек, который не боится называть себя моим другом, – добавил он мысленно. – И как удачно, что мне выпала возможность повидать его».

– Мне надо отлучиться на несколько часов, – сказал он вслух. – Примите командование взводом, Бауэр. А еще передайте Клейну, что мне нужен его Юнгер из пулеметного. И пусть прихватит что-то стреляющее, но менее громоздкое, чем его любимое противотанковое ружье. Что-то под мелкий калибр. Наша сегодняшняя добыча не умеет отстреливаться и не говорит по-французски. Пусть соберется и ждет меня здесь.

– Понял, господин унтер.

Это не было уставной фигурой речи, Карл-Йохан обладал способностью понимать приказ на лету и, что тоже немаловажно, добиваться его исполнения в кратчайшие сроки и при любых обстоятельствах. Поэтому Дирк выбрался из блиндажа со спокойной душой.

Направление, которое он избрал, не пользовалось популярностью среди «висельников». Если в остальных местах укрепленного района проходы были хорошо натоптаны и хранили тысячи отпечатков сапог, этот ход сообщения все еще пах сырой непотревоженной землей, а пол за несколько дней успел покрыться чахлой зеленой порослью.

В том месте, где позиции «Веселых Висельников» соединялись узким ходом с позициями двести четырнадцатого полка, Дирка ждала необычная находка – мумифицированные останки дохлой кошки, прибитые к стене арматурным обрезком. Из других обрезков на противоположной стене был выложен крест.

– Кошка, – пробормотал Дирк себе под нос, протискиваясь мимо странной конструкции. – Уму непостижимо… Значит, Карл-Йохан не врал про кошку. Глупейшие суеверия…