– Думаю, Надин и Лиланд примут их без разговоров, – сказал Чейз. – Они никому не отказывают.

– Им нужно знать вот что: имея дело с Джейн, они станут считаться ее пособниками, если это всплывет.

– Когда будет доказано, что на Джейн выливали потоки лжи, мы станем пособниками правосудия. И в любом случае меня это не остановит.

– Ну, у вас с Ником своя история.

– А разве Надин и Лиланд не крестные Ника?

– Крестные.

– Разве их мальчик не умер от менингита в три года?

– Ты знаешь, что так оно и было. И знаешь, что его звали Трэвисом.

Чейз улыбнулся:

– Мне почему-то кажется, что это дело решенное.

– Когда Джейн рассчитывает приехать туда?

– Если ничего не случится, то завтра, в два часа дня. Вам нужно оставить машину в городе и встретиться где-нибудь со мной. Я вас отвезу. Договорились?

– Если я чему-то научился от невестки, то мы не перережем веревку, – сказал Ансел.

– Какую веревку?

– Федералы накинули веревочную петлю на нас с Клер. Мы ее не видим, но они видят. Я приехал сюда, а значит, петля теперь накинута и на тебя тоже. Так оно и будет, пока они не решат, что ты не связан с Джейн. Но когда мы поедем на ранчо Сэккетов, придется перерезать веревку, чтобы у них в руках остался отрезанный конец.

– У вас есть предложения?

– Если я тебе скажу, веревка не будет перерезана.

Чейз широко открыл глаза:

– Вам надо продумывать все так, словно налоговики живут у вас в кармане?

– Это хуже налоговиков, сынок. Те всего лишь хотят раздеть тебя, отнять заработанное.