Какие же у него факты, кроме того, что уже пять больных госпитализированы с высокой температурой, вызванной неизвестно чем? Только у одного Приса, болезнь которого перешла в тяжелую стадию, появился специфический синдром – подергивание мышц нижней челюсти. Похоже на синдром Коливера, хотя и не столь ярко выраженный. Однако это не синдром Коливера, который проявляется при полиомиелите в стадии паралича. Других симптомов полиомиелита не было, значит это не полиомиелит. Тогда что же?

Словно собака, терзающая обглоданную кость, он снова и снова возвращался к мысли о том, что об этой болезни он никогда не слышал. Но этого не могло быть. Болезни видоизменяются, существуют редкие болезни. Но нет какой-то новой болезни. На поиски в библиотеке мог уйти не один день, поэтому он решил сузить круг поисков. Прис был единственной зацепкой. И по этой причине логично было предположить, что именно он – разносчик инфекции. Дон набрал номер каюты каптенармуса.

– Жонке, мне нужна информация об одном пассажире.

– Что вас интересует, сэр, журнал регистрации рядом со мной.

– У меня лежит пассажир по имени Прис. Я хочу знать – откуда он родом и где находился перед тем, как поднялся на наш корабль. И вообще любая информация относительно этого человека.

– Одну минуту, сэр. Вы подождете или мне перезвонить?

– Я у себя в лазарете.

Он повесил трубку, когда вошел Рама Кузум с накрытым подносом:

– Я как раз собрался обедать, сэр, и вдруг подумал, что вы, наверное, давно не ели, поэтому я позволил себе…

Дон сосредоточился и не смог вспомнить, когда он ел в последний раз. Он слишком устал, чтобы чувствовать голод.

– Спасибо, но сомневаюсь, что смогу сейчас есть. Я видел эти обезвоженные продукты и уверен, что они питательны. Но внешне они похожи на сырые опилки. Нет, не сейчас…

Он запнулся, когда Рама поставил поднос на стол и откинул салфетку. На тарелке лежал дымящийся кусок мяса, сочный аромат которого сразу же заполнил комнату. Дон потянулся к вилке, но вдруг сердито взглянул на Раму:

– Я приказал выбросить все продукты, кроме обезвоженных. У меня нет любимчиков и особых привилегий для кого бы то ни было, включая и самого себя.

– Ни в коем случае, сэр. – Рама отступил и поднял руки, словно защищаясь. – Все очень просто. Старшина Курикка наткнулся на повара, который готовил этот кусок для себя. Тот кое-что припрятал для своей прожорливой утробы. Старшина справедливый человек, но вспыльчивый – не хочу говорить, какое наказание получил жадный повар. Самой малой частью было приготовление этого бифштекса. Все, кто там присутствовал, согласились, что выбрасывать его неразумно, и если кто-то и должен его съесть, то только вы. Несогласных не было, сэр. Пожалуйста, попробуйте, пока не остыло.