А они — Они! — не гнушались тайным нападением! Они владели неведомым могуществом и силой, они были умны, коварны и хитры, ибо только раса коварных хитрецов сумела бы стравить одних людей с другими. Здесь, на Земле, они нашли союзников и слуг, купив их то ли обещанием власти, то ли соблазном сладкого дурмана; и эти слуги и союзники готовы были убивать. И убивали!

Забывать о том не стоило. Да и как забудешь? Живые агенты группы С собрались в инструкторской на третьем этаже, а на первом в одном из помещений медотсека, Сингапур, Самум и Селенит коротали последнюю свою ночь на холодных белых топчанах. Рядом, в другой комнате, наскоро переоборудованной под больничную палату, разместились восемь коек, и лежавшие в них казались пострашнее мертвецов. Застывшие взгляды, застывшие в каменной неподвижности тела, побелевшие лица, сведенные спазмом челюсти или раззявленные мокрые рты, из коих вырывалось едва заметное дыхание… Половину из них Скиф не знал, но остальные… Остальные! Двое молодых парней-охранников, торчавших обычно у ворот кондоминиума, Марк Догал и — Джамаль!

Джамаль!

Увидев его, он прикусил палец, сдерживая проклятия. Великий Харана! Джамаль!

Сарагоса сказал, что Джамаль и семеро пострадавших доставлены сюда еще утром, до полудня. На точку «Два», где располагался крупный медицинский комплекс звена С, целый день свозили остальных: кое-кого из клиентов, людей весьма ценных и перспективных; дюжину «слухачей», эмпатов-гипнотизеров и экстрасенсов; наблюдателей, приглядывавших за всей этой командой; даже шестерых вполне безобидных журналистов с четвертой точки, из агентства «Пентаграмма». С этой публикой нападающие не церемонились: их убирали разом и примерно в то же время, когда шла битва у Приозерского шоссе. Сценарий во всех случаях был почти одинаков: либо утром посещали на дому, либо отлавливали чуть позже на улицах, тыкали хлыстом-разрядником под челюсть, незаметно задевали щеку или скулу — и жертва, теряя сознание, валилась с ног. К вечеру на точку «Два», в медкомплекс, из городских больниц переправили уже сорок шесть человек со стандартным диагнозом — каталепсия и ступор, вызванные неизвестными причинами.

На каждого из них, как полагал Сарагоса, приходилось двое-трое нападавших, а значит, в этой партии «граф Калиостро» выставил не меньше сотни игроков. Действовали они решительно, быстро, незаметно, и взять никого не удалось. По случаю странной эпидемии начали было суетиться милицейские власти, но тут же все приостановили: не то поняли, что расследование им не по зубам, не то поступил приказ сверху — не вмешиваться и шума не поднимать. Второе казалось Скифу более вероятным; сколь мало он ни знал о Системе, но догадывался, что эта организация не любит вмешательства в свои дела.