– Ефим Петрович, ты чего пришел? – косится на него радист.

– Я сейчас один адресок попробую по-быстрому и пойду. – Не дожидаясь ответа, Андрей набирает на клавиатуре IP-адрес своего БРУСа и пароль доступа. – Готово, – говорит он. Индикаторы связи зеленеют. Потоки данных устремляются в Импернет – через заплечный контейнер его шалтая.

Радист провожает его ошарашенным взглядом. На пороге Андрей останавливается, чтобы дать совет:

– Свяжись с «Шойгу». На нем есть спасательные вертолеты. Пусть присылают.

– Гадство! Это еще кто такие? – ругается Ефим, когда видит, как из здания Арсенала выбегают солдаты в гвардейских мундирах войны 1812 года.

– Почетный караул, – подсказывает Андрей.

– Ряженые, значит, – веселеет Ефим.

Солдат, тащивший стопку поленьев, раздает их товарищам – те изготавливаются к стрельбе.

– Реактивные гранатометы, – предупреждает Андрей.

– Ого, серьезная заявка на победу, – бормочет Ефим на бегу. Ракета летит в шалтая – тот хлестким ударом стрекала отбивает ее в сторону, и смертельная стрела проскакивает в сантиметрах от кабины.

– Да ладно… – только и может произнести Андрей.

– Что, брат, такого даже в цирке не увидишь?

– Но как?

– Ты забыл? Я же лучший, – напоминает Ефим, ныряя в Троицкие ворота. В ту же секунду вторая ракета врезается в контейнер у него за спиной. Пройдя насквозь, кумулятивная струя проминает керамическую броню и расплескивается по пакету арамидной ткани, вдавив его в кабину. Автоматика успевает сбросить поврежденный контейнер до того, как тот взрывается – такова особенность мощных аккумуляторов. Шалтаю отрывает ноги. Шаром для боулинга он катится по мосту. Позади обрушивается Троицкая башня…

– Брат, ты жив? – спрашивает Андрей пару минут спустя.

– Это ты себя спрашивай. Тело-то твое.

– Ты пострадал?

– Дай подумать… Кажется, ног не чувствую.