— Мы никогда не проберемся через Кровавые Джунгли. Они непроходимы.

— И тем не менее.

Военный корреспондент поднял плечи, потом дал им упасть.

— Как скажешь. Вперед!

— Погоди! — рявкнул Бёртон. Он указал налево от Уэллса, на землю.

Его друг посмотрел вниз. — Что за черт? — потрясенно пробормотал он.

Из-под твердой земли пустила ростки полоса маков.

Уэллс, с озадаченным выражением на лице, посмотрел на Бёртона.

— Опять, — сказал королевский агент. — Они расцветают передо мной буквально в одно мгновение.

— Это невозможно, Ричард. Как они могут расти так быстро? Работа евгеников?

— Как — одно дело, Берти, но меня больше интересует — почему!

Какое-то время они смотрели, как цветы открываются; неровная длинная линия зазмеилась через туман.

— Север, — прошептал Бёртон. — Бёрти, я хочу идти за ними.

— Но так мы попадем прямо в траншеи немцев. Если нас не подстрелят гунны, то съедят ищейки.

— Может быть.

Уэлсс протянул руку вниз и расстегнул футляр винтовки. Потом вынул из кобуры револьвер, проверил и вернул на место. Он посмотрел на Бёртона, улыбнулся и высоким пискливым голосом сказал:

— Ну что ж: назвался груздем, полезай в кузов!

Два сенокосца устремились на север вдоль линии красных маков и исчезли в тумане.