Граф сжал горло Спика посильнее. Англичанин начал задыхаться.

— Прекратите! — рявкнул Бёртон. — Алджи, принеси веревку.

— Но Ричард...

— Просто принеси, пожалуйста.

Суинбёрн поколебался, потом обогнул Цеппелина и его пленника, нашел мешок, вынул моток веревки и вернулся обратно.

— Не... — начал было Спик, но замолчал, когда граф его сильно встряхнул.

— А ты держи язык за зубами, — сказал пруссак. Потом он взглянул на Траунса и спросил. — Эй! Вы кто?

— Детектив-инспектор Уильям Траунс из Скотланд-Ярда, — буркнул Траунс.

— Ха-ха! Полисмен в Африке! В высшей степени забавно. Становитесь на колени, и пусть маленький человек свяжет вам запястья.

— Никогда не встану на колени перед тобой!

— Речь не обо мне, детектив-инспектор. Даю слово, что если вы разрешите себя связать, оставлю вас в живых. Возможно, вы даже сумеете освободиться и выйти наружу из пещеры, ja. Но если будете сопротивляться, убью как собаку. — Цеппелин посмотрел на Бёртона. — Не сомневайтесь, я смогу победить вас всех троих, герр Бёртон! — Он поднял правую руку вверх и согнул пальцы; в фосфоресцирующем свете сверкнули когти. — Достаточно одной царапины.

— Уильям, — тихо сказал Бёртон, — сделай, как он сказал, пожалуйста.

— Мы можем победить его! — прошипел Траунс.

— Слишком большой риск. Как он и сказал: одна царапина. Я предпочитаю сохранить вас живыми, пока все это не закончится.

— Становитесь на колени спиной ко мне, герр полисмен. Я хочу посмотреть на узел.

Траунс, с белым от ярости лицом, медленно подчинился.

— Давай, Алджи, — сказал Бёртон.

Поэт, в глазах которого горела ярость, встал на колени рядом с Траунсом и начал связывать ему руки.