– С радостью, – кивнул Дилан. – Ты не оставляешь мне выбора. Но здесь нет никакого взрывного устройства.

Монстр озадаченно сплёл щупальца и даже несколько сдулся.

– То есть как нет? – спросил он.

– Это спасательная капсула, а не орбитальный истребитель. Всё, на что она годится, это обеспечить безопасный сон пассажиру.

– Вздор! – загремел Велвултар. – Взрываться и убивать способно что угодно. Так устроен мир. Если ты пытаешься меня обмануть…

– Это не входит в мои планы, – сказал Дилан. – Я и сам рад поскорее свести счёты с жизнью. Надежды на спасение нет. Как нет и горшей участи, нежели долго биологически умирать в обществе такого урода, как ты.

– Не скажу, что такой вариант для меня неприемлем. Но я бы предпочёл ускорить процесс.

– Я тоже, – заметил Дилан. – Как насчёт протокола ЭкстраФин?

– Неплохая идея, – сказал монстр.

– Но мне может не хватить духу инициировать протокол собственной смерти.

– ЭмоДемп избавит тебя от излишних терзаний.

– Спасибо за подсказку.

– Я бы ответил: «На здоровье!», однако в твоём положении это звучало бы цинично. Но поторопись, мне не терпится насладиться победой чистого зла над разумом.

Обливаясь холодным потом, Дилан запустил ЭмоДемп. Странно было слышать подтверждение процедуры из уст монстра, хотя, конечно же, то был всего лишь коммуникационный демон.

Как только дрожь в поджилках сошла на нет, а мысли упорядочились, Дилан рассудительно инициировал протокол ЭкстраФин, который должен был мгновенно и безболезненно убить его в безвыходной ситуации.

Перед тем, как провалиться в желанное небытие, Дилан услышал возмущённый вопль Велвултара: «Какого хрена творится?!» и успел показать ему правый средний палец.

А пробудился от шумного многоголосья. Сквозь дрёму Дилану померещилось, что полемистов было не меньше тысячи, хотя на деле оказалось лишь пятеро.

– Какой год? – спросил он, не открывая глаз.

– Всё тот же, умник, – ответил Харви.

– А где этот… как его… Велвултар?