– Кошмары позади, старина, – деликатно заметил Кевин. – Мы снова с тобой, не переживай.

– Я вас не будил, – напомнил Дилан.

– Мы и не засыпали.

– Что, я снова облажался с протоколами?

– Именно так, сэр, и в своём непередаваемом стиле! – торжествующе объявил Саймон, а все остальные дружно загоготали.

– То есть вы торчали неподалёку и наблюдали, как эта скользкая тварь надо мной глумится?!

– И получали истинное удовольствие, – произнёс капитан. – Лихо вы с ним разделались, сэр. Как вы догадались спровоцировать фатальный конфликт протоколов?

– Подонки, – устало сказал Дилан.

Под воздействием ЭмоДемпа на более сильные эмоции он был не способен.

– Но теперь мы знаем, отчего погиб «Гюйгенс», – сказал Саймон. – В чьём-то мозгу по роковому стечению обстоятельств пробудился ментальный вирус. Когда на борту сосредоточено такое количество потенциальных вирусоносителей, судьба миссии предрешена.

– Знаем, почему, – сказал Кевин. – Но не знаем, как.

– Боюсь, не узнаем никогда, – вздохнул Харви. – Внутри космического корабля полно уязвимостей, совершенной же защиты от дурака не придумано.

– Милитаризм всегда был болезнью, – промолвил капитан многозначительно. – И даже из могилы он ухитряется сеять вокруг свои смертоносные споры.

– Печально… – вздохнул Джереми.

– Что же получается, – сказал Дилан, – все галактические миссии используют расширение ментальных пространств. Следовательно, они под угрозой?

– Увы, – сказал Саймон. – Одна надежда, что в комиссии по расследованию катастрофы «Гюйгенса» найдётся хотя бы одна светлая голова.

– Или нас подберут прежде, чем взорвётся очередной корабль, – добавил Харви.

– Ставлю на второе, – обречённо сказал Джереми.

– Посмотрим, – буркнул Дилан. – Вы славные парни, хотя и способны вывести из себя кого угодно. Но могу я наконец спокойно заснуть?

– Запросто, босс, – оживился Харви. – Вырубаешь ЭмоДемп…