Со всей возможной скоростью он помчался к падающему шаттлу, увязая в песке на каждом шагу, отметив, что большинство солдат ООН вышли из боя. Некоторые замерли на месте с поднятыми руками, остальные — стояли в бездействии. Все больше и больше морских пехотинцев отвлекалось на охрану пленных.
Но некоторые еще не считали бой конченым, и Гарроуэй хотел добраться до шаттла прежде них.
Нокс и Островски прыгнули. Какое-то мгновение они еще держались за руки, медленно, точно в сказке, спускаясь вниз, увлекаемые притяжением в одну треть земного. Секунду спустя они приземлились на ноги и, тут же упав, откатились друг от друга. Перевернувшись лицом вверх, Нокс увидел в небе огромный, похожий на паука «Харпер’с Бизарр», который, казалось, падал прямо на него.
Но тут шаттл ушел в сторону, попав одной из опор в крышу ближайшего инженерно-технического модуля и завалившись набок. Нокс опасался, что транспорт взорвется, но, за отсутствием кислорода, лоббер попросту смяло: легкий каркас не выдержал. Он попытался подняться, но левая нога тут же отозвалась резкой болью… вывих, а то и перелом. Снова упав, он взглянул на юг и увидел несколько «голубых касок», злобной рысцой бежавших в его сторону.
— Ох, епт…
Схватив винтовку, он прицелился и выпустил короткую очередь, за ней — еще одну и — третью, всякий раз меняя цель. Двое упали, прочие замешкались, выпустили по нему несколько очередей, а затем, точно по команде, рассыпались в поисках укрытия.
— Ости! — крикнул Нокс на общей частоте. — Ости, слышишь меня?
Ответа не было. Островски лежала неподвижно, в нескольких метрах от него.
— Капитан Эллиотт? Вы слышите меня?