— Ребята, топлива осталось минут на пять! — сообщила Эллиотт по интеркому. — Присматривайте-ка место для посадки!
Нокс оглянулся. На борту оставалось еще целых три контейнера с пивом, и ему очень не хотелось завершать рейд, пока снаряды не израсходованы полностью.
— Пройдем над базой, капитан, — ответил он. — Еще один заход, а потом сможем сесть возле Крепости.
— Роджер вас. Держитесь, набираем высоту!
Лоббер прыгнул вверх. Внизу сержант видел по меньшей мере десяток ооновских солдат, покинувших траншею и во все лопатки бегущих на север, оставив на песке нескольких убитых и довольно много оружия.
Морские пехотинцы уже заняли вражескую траншею. Некоторые останавливались, чтобы подобрать оружие, — винтовок на всех до сих пор не хватало, и кое-кому пришлось идти в атаку с пустыми руками.
Однако теперь все были вооружены и продолжали гнать солдат Иностранного легиона к «Сидонии-1».
Лоббер снова пошел на снижение, и Нокс заметил небольшую толпу, сгрудившуюся у внешнего люка главного шлюза. Большинство, решил он, наверняка из тех, кто, укрываясь за марсоходами, попал под первые бомбовые удары.
Толпа была крайне легкой целью, контейнер химических бомб рассыпал содержимое над группой людей в бронекостюмах. Взметнулся в воздух песок, соприкоснувшись с жидкой водой и алкоголем; хлынули в стороны клейкие брызги быстро густевшего пива; смешались бегущие, охваченные паникой; эфир наполнился отчаянными призывами о помощи. Солдаты ООН полностью забыли о каком-либо порядке и дисциплине!