И вновь — нет ответа.
Пуля, скользнув по шлему, высекла искры из брони. Сержант снова устремил взгляд вперед и выстрелил в ответ — решительно, зло, с убийственной точностью. Еще один из набегавших «голубых касок» кувыркнулся, рухнул на спину и остался лежать на песке.
Рядовой первого класса Камински замер на месте неподалеку от входа в главный модуль. Из люка показался, спеша вступить в бой, солдат ООН… но морского пехотинца, застывшего всего в десяти метрах от него, он не заметил.
«Ай да Бэ-Ка-хамелеон», — подумал Камински, наводя на противника винтовку и нажимая спуск.
Ооновец резко крутнулся на бегу, налетел на тонкий флагшток, установленный перед модулем, и упал. Бой почти закончился: большинство уцелевших гальюнников сдались в плен. Камински бросил взгляд на голубой флаг ООН, свисавший с флагштока, и покачал головой: «Вот это уж — хрен вам. Не дождетесь!»
— Эй! — крикнул он. — Слай, Фулберт, помогайте!
Вместе они вцепились во флагшток и дернули, стараясь вытащить его из мерзлого реголита. На помощь подоспели Элен Кэсвелл и доктор Кейси, и через несколько секунд флагшток рухнул, увлекая за собой голубое полотнище.
У Камински все было готово. Еще на «Марсе-1» он снял с антенны марсохода флаг, развевавшийся на ней последние три недели, и спрятал его в набедренный карман бронекостюма. Теперь, при помощи двух кусков гермопластыря, поданных доктором, он принялся прикреплять флаг к шесту, пока Кэсвелл срывала с него флаг ООН.
Неподалеку затрещали выстрелы, пуля ударила в песок у самых их ног, но они продолжали работу…