– Не знаю.

– Как-то не вяжется…

– Мне нет смысла врать. – Рогинов закрыл лицо ладонями. – Нет смысла. Я уже на себя повесил достаточно…

– И тем не менее. Какие у вас есть предположения?

– Ну… Может быть, Костя…

– Не понял? – Калугин наклонился вперед. – Тимирязев был не под вашим контролем?

– Нет. – Рогинов всплеснул руками. – Что вы?! Я даже не знал поначалу, что он в деле… Что он тоже… Ну, вы понимаете. Только потом нас свели вместе, и я приказал ему потерять все материалы, чтобы задержать следствие.

– Он что-нибудь говорил? Рассказывал что-либо?

– Н-нет. – Голос Рогинова был неуверен. – Нет. Только что-то про телефонные звонки и что он ловко поимел этого вояку.

– Кого?

– Наверное, Лаптева, он же бывший военный. Там ведь… Я просматривал записи, очень внимательно. Там ведь интересно получилось. Этот Лаптев не просто так, погулять вышел. Он через наш кордон…

– Наш, – поправил Калугин.

– Что? – Рогинов не понял.

– Наш. Не ваш, а наш кордон.

– Ну да, да… – Рогинов смешался. – Да… Извините. Через ваш кордон… Он прошел. Да. Через ваш кордон прошел легко. По пропуску. Я еще Косте сказал, смотри, мол, как странно. А он и говорит, что, мол, телефон уже прокрутил и вояке этому насолил.

– Что имелось в виду?

– Не знаю. – Рогинов пожал плечами. Калугину почему-то показалось, что тот действительно ничего не знает. – Этот Тимирязев псих был. Ну, не псих, а… Злобный какой-то. Все ему казалось, что просто… Просто действовать…

– Шпионить, – снова подкинул нужное слово Калугин.

– Да. Просто шпионить, – тихо повторил Рогинов. – Мало. Надо еще с размахом действовать. Когда я приказал удалить видеоматериалы, он хотел большего. Потереть все, сымитировать обвал сервера…

– Диверсия?