– Никогда бы не подумал, что этот непонятный полуфабрикат может такие ароматы выдавать, – сообщил Столяров.

– А чего странного? – удивился Михалыч. – Стал бы ты есть эдакую резиновую блямбу, наполненную всеми необходимыми минералами и прочими витаминами, но с отвратительным запахом?

– Нет.

– Ну, приблизительно так же рассуждают производители этого хозяйства… На вкус – фигня, но пахнет так, что язык готов проглотить.

– А со вкусовыми ощущениями можно что-то сделать?

– Ну, брат, ты многого хочешь.

После завтрака осталось чувство какой-то незавершенности, как всегда бывает в долгом пути. Привычка, выработанная годами активной жизни, не работает. Вроде бы поел, надо вскакивать, куда-то бежать, ехать, там ждут, здесь чего-то хотят. Работа, работа, работа… Но в дороге все иначе. У нее свой ритм и своя жизнь.

– Ну, что будем делать? – поинтересовался Сергей. – В карты играть или по вагонам шататься?

– Экий ты прыткий, сразу по вагонам… У нас тут и так хорошо. Вон проводница какая…

– Проводница. – Сергей неожиданно для себя оживился. – Вчера был вроде проводник.

– То вчера. А сегодня пробегала, хорошенькая такая. Так что по другим вагонам нам еще рано, свой не освоили. Ты мне другое скажи. Вот ты говоришь все время: месть, месть… Отомстил… А, кроме вполне адекватного нежелания опускаться ниже плинтуса, что для тебя – месть? Мне интересно, потому что я тебя давно знаю, но таких вот хитрых выбрыков как-то не замечал. То есть ты всегда был склонен к разного рода странностям, но переносить их в практическую область не спешил.

Сергей прислонился к стенке и задумался.

– Знаешь, это что-то вроде Пути Воина.

– Бусидо?

– Не совсем, то есть в некотором смысле. Бусидо – это морально-этическое учение о нормах поведения самурая, который подчинял свою жизнь велению долга. Все, что находилось вне этих пределов, считалось несущественным. Я понимаю Путь Воина в его метафизическом плане. Человек, движущийся в этом направлении, должен быть безупречным.

– В чем?

– Во всем. Во всем, что касается его пути. Я вообще долго пытался сформулировать эти тезисы, но как-то все не получалось. Вряд ли и сейчас получится.

– Ну ты попробуй, дорога-то длинная. Я тебе помогу. – Михалыч подложил под спину подушку, устраиваясь поудобней. – Давай сначала. Месть для тебя – это путь воина, твой бусидо. Который…

– Который, – подхватил Сергей, – характеризуется безупречностью.

– А что такое безупречность, по-твоему?