Первым делом их загнали в баню.
На настоящую баню этот пыточный аттракцион походил мало, скорее он напоминал автомойку – длинный коридор, струи бьющей отовсюду воды, сыплющиеся сверху разноцветные хлопья пены, и упругий поток горячего горького воздуха перед самым выходом.
Вернувшись в раздевалку, они получили новое чистое белье и форму с иголочки – форму без знаков различия. Им позволили взять из запертых ящиков свою старую одежду, но не разрешили в нее облачиться. Лишь для обуви было сделано исключение. Ноги у солдата должны быть здоровые. Потому желающие могли оставить свои привычные разношенные ботинки.
Им теперь многое позволялось: кричать, ругаться, смеяться, иметь любые личные вещи и личное мнение по любому вопросу. Никто не одергивал их, не бил – но за ними всегда следили черные зрачки дульных отверстий…
После бани их отвели в столовую. Сидячих мест на всех не хватило, и многие штрафники ели стоя. Это нисколько их не смущало. Они уже достаточно насиделись, теперь могли и постоять.
Еда была вкусная и разнообразная. Можно было попросить добавки и получить ее.
Штрафники наслаждались. И даже постоянное присутствие вооруженных охранников не портило им аппетит.
После завтрака – или обеда? – их отвели на медосмотр.
В небольшой комнате с двумя дверьми, на одной из которых висела табличка «Вход», а на другой – «Выход», сидели три майора с петлицами военных врачей. Один интересовался, нет ли жалоб, и не слушал, что ему отвечают. Второй мерил температуру и давление, не глядя на показания приборов. Третий задавал странные вопросы и даже не улыбался на остроумные ответы.
Стоя в очереди, штрафники успели перезнакомится друг с другом. Выяснили, кто откуда. Нашли общих друзей и недругов. Пересказали все новые анекдоты и байки. Поделились слухами. Обменялись предположениями.
Никто не мог точно сказать, что это за место, и что за дело их ждет. Лишь несколько пунктов не вызывали сомнений в своей истинности:
Во-первых, они находились под землей. И, судя по всему, довольно глубоко.
Во-вторых, их собрали здесь, чтобы бросить в бой.
И в-третьих, наверху – прямо над ними – готовился к полету космический корабль…
– Сапиенти сат, – сказал Павел и развел руками.
– Что? – переспросили его.
– Умному достаточно, – перевел он на английский, подумав, что наконец-то ему пригодилась недоученная латынь.
Глава 27
Глава 27