Когда Максим пришел в себя, он обнаружил, что лежит на полу в довольно большом помещении, нисколько не похожем на то, в которое они спустились по ступенькам. Ветка сидела рядом с ним, глядя, как мерцает мягкий свет, льющийся из небольших выпуклостей в полу.

Эти «лампы» были расположены по кругу. Стены каверны утопали во мгле, скрывая ее истинные размеры.

Что-то ему напомнило все это. Что-то до боли знакомое…

– Максим, – позвала Маринка. – Голова не болит?

– Терпимо, – откликнулся он, проводя пальцами по внушительной шишке над левым ухом. – Я здорово треснулся?

– Минут пять в отключке был, – нежно обнимая его за шею, сказала Маринка. Он почувствовал ее легкое дыхание возле ключицы. – Как все странно вышло… Никто и не предполагал, что все закончится таким образом.

– Каким… образом?

– Разве ты не узнаешь это место?

Долгов еще раз оглядел необычный сферический зал, силясь припомнить, когда он уже бывал в таком.

И тут внезапная догадка обожгла мозг почище всякого плазмоида.

– Господи… – только и смог прошептать Максим. – Это же… Это же… как там, на Марсе!

– Аварийный центр, – ровным голосом произнес Торик, выходя на свет. В руке он держал какой-то длинный предмет. – Это аварийный центр нашей планеты. Никакого артефакта никогда не существовало, Долгов.

– А зачем же в таком случае Иисус оставил такую головоломку? – непослушными губами проговорил Максим.

– Он оставил нам возможность выбирать, – ответил вместо Святослава Фрунзик, тоже появляясь из полумрака и приглаживая свою белую шевелюру.

За ним вышел Юрка. Он грустно улыбнулся и пожал плечами:

– Вот такие дела, Макс. Даже я понял.

Долгов уперся взглядом в семигранную призму, сделанную из матово-серебристого металла, которую держал в руке Торик. На гранях этого необычного стержня угадывался узор извилистых прожилок.

Переливающихся. Словно живых.

– У нас есть возможность включить аварийную систему, – просто сказал Святослав. – Это – обращение напрямую к самим хозяевам.

– Но, если мне не изменяет память, они судят сурово. – Медленно поднимая глаза на Торика, проговорил Максим. – И я, к примеру, не уверен, что не окажусь виновен в чем-нибудь непозволительном для привратника Земли. А ты?