— Ну что, — поинтересовался Кузнец, — есть желающие наслаждаться открытием дальше или пойдем искать развалины?

— А давайте так, — предлагаю. — Я пойду по кругу искать самолет, заодно и понаблюдаю, как она работает. А вы езжайте — покопайтесь. Не верю я, что можно в таком месте что-то интересное найти. Все равно долго мы задерживаться не можем, а сразу что-то находят только в кабацких байках. Там долго раскапывать придется. Если что, по «Говорилке» свяжетесь.

— Нет, — сказал Рафик. — Только вдвоем. Хватит нам одного Дяди.

— Я останусь, — предложила Даша.

Рафик кивнул, соглашаясь.

— Возьмите свои вещи из фургона и не торчите ночью здесь, лучше назад немного отъехать, я там ручей видел.

— Припомню я вам подобное отношение, — грустно сказал Летчик. — Один из вас приличный человек — Живой, и тот собирается не только меня искать, а еще и на эту дрянь пялиться. На раздвоенный холм идите, с него должно быть видно. Там почва другого цвета — сразу заметно.

— Ты сам говорил, что не к спеху, — быстро возразил Кузнец. — Походит, — успокаивающим тоном сообщил он, — как найдет, с нами свяжется.

— Уже почти готово, — сказала Даша, добавляя в котелок соль. — Полчаса, и будет обед. Сходи пока коней, что ли, пригони, далеко ушли. Ты хоть что-то выяснил?

— Ну так… Каждые семьдесят две минуты процесс идет. Две минуты загоняет энергию в асфальт. А сосет практически постоянно, всей поверхностью Иглы потребляя вообще все — от солнечного света до батарейки из фонарика. Чем дальше, тем слабее ощущается, но неудивительно, что вокруг ничего не растет. Даже по чуть-чуть постоянно — и то все засохнет. Жить рядом категорически не рекомендуется. Это как с рентгеном, пару раз в год ничего страшного, а постоянно под минимальным воздействием накапливается, и могут быть проблемы со здоровьем.

— Может, вы все-таки меня куда-то приспособите? — недовольно спросил Летчик. — Надоело ничего не видеть.

— Некуда, потерпи. Я нашел практически все обломки, но собрать из них можно только мусорное ведро. Смотри через другой самолет.

— Так они его не запускают. Второй день землю копают. На спор, ничего не найдут!

— Было бы с кем спорить, — пробурчал я, отправляясь за лошадьми, — с тебя и взять-то нечего.

— Я все слышу, — сообщил Летчик.

Стремительный примчался на свист сразу, с интересом проверил мои руки на предмет наличия сухаря и обиженно фыркнул, не обнаружив. Дашкину кобылу пришлось ловить дольше. У нее было игривое настроение, и она не желала подпускать близко, неторопливо отходя и поглядывая на меня.

Ведя обеих лошадей в поводу, я вернулся к ручью, и первое, что увидел, была девушка, лежащая лицом вниз, а над ней склонился незнакомец. Еще двое кинулись на меня сбоку. Выхватив нож, я отбил удар и полоснул первого по горлу. Потом присел, уклоняясь от удара дубинки, и попытался достать второго. На этом все и закончилось. Чем-то тяжелым и очень твердым мне врезали по затылку, и солнце погасло.