С головы сняли мешок и рывком поставили на ноги. Руки были связаны по-прежнему. Я стоял совершенно голый в окружении десятка с интересом разглядывающих меня разновозрастных мужиков, вооруженных копьями и луками. Наконечники, как ни странно, были из кремния. То ли они совсем в каменном веке проживают, то ли железо здесь большая редкость. За спинами у них мельтешили женщины и дети. И от всех нестерпимо несло крысой.

Раньше запах добирался до носа только временами, а теперь они плотно обступили меня. Если бы я был на равнинах, запросто принял бы за своих — типичные одежда и оружие, две тени у каждого. Правда, каких-то болезненно маленьких. Рост большинства мужчин на глаз не превышал метр семьдесят, и вес соответственно ниже обычного у нас. Толстых среди них не было. Все жилистые и явно хорошо питающиеся. Ко всему еще в толпе было несколько огромных крыс — явно боевая форма. Не слишком приятное, кстати, зрелище, когда голый хвост больше чем в полметра длиной и мельтешит под ногами. Впрочем, они привычно ступали так, чтобы не отдавить, совершенно не замечая этого.

Если мужики стояли молча, глядя на меня с видом первооткрывателей нового и очень интересного зверя, то бабы громко обменивались по моему поводу замечаниями. Это явно был один из вариантов Языка. Достаточно архаичный и со множеством слов, которые никто давно не употреблял. Все я не улавливал, но общий смысл тем не менее был вполне понятен. Очень их заинтересовал мой рост, и они обсуждали пропорциональность мужского достоинства и насколько больший размер лучше. Причем приводились примеры явно из практической жизни.

Я попытался, не обращая внимания на тыкающих под ребра пальцами и галдящих хозяев, осмотреться. Это был небольшой мыс на берегу озера. Вокруг разбросано десяток невысоких круглых куполов. Это вещь хорошо знакомая и опять же достаточно привычная для Народа. Землянка, покрытая сверху землей и дерном, — временное жилье. Пока погода теплая, в ней только ночуют и там же укрываются от дождя или снега.

Вокруг росли главным образом дубы. Высокие стволы были почти без ветвей, и только наверху появлялась густая крона. Земля довольно ровная, мыс начинался невысоким холмом, со склона которого сбегал, звеня, ручеек, впадающий в озеро. Все это я успел рассмотреть за несколько мгновений, после чего получил достаточно чувствительный удар в живот.

Еще молодая и вполне симпатичная, будь другая ситуация, девка распихала передних зрителей и яростно что-то орала, пытаясь дотянуться скрюченными когтями до моего лица. Вопли были крайне маловразумительными, но, старательно уклоняясь от ее выпадов и попыток вцепиться ногтями в лицо и пятясь, я понял, что нанес ей ужасное оскорбление, лишив единственного кормильца — великого воина и охотника. Тут на лицах мужиков появилась явная ухмылка. У окружающих мнение о погибшем было явно другое. Я догадался, о ком речь, и мысленно порадовался, что хоть одного успел зарезать.