Именно к Елене и направилась Василиса.

Она застала ее дома погруженную в «себя». Но едва Василиса появилась, Елена со счастливой улыбкой выплыла на поверхность.

— Привет, сестра! — она обратилась к Василисе так, как обычно обращались друг к другу соратницы по партии. — Что за дело привело тебя в мой дом? Если пришла без дела, то рада вдвойне.

— Ты одна? А муж?

— Подданный в трудах. Он у меня сейчас трудится на два фронта: ведет пушной промысел и налаживает торговое дело с чухонцами. Я даже придумала экспромт: «как подданный обязан государю, так муж — жене своей». Но ты ведь знаешь мужчин. Любую мысль присвоят! Не удивлюсь, если спустя годы какой-нибудь писака перефразирует меня примерно так: «как подданный обязан государю, так женщина — супругу своему» (имеется в виду пьеса В. Шекспира «Укрощение строптивой» — прим. авт.). …Но постой, ты бледна? Что-то случилось?

— Да!

И Василиса ей все подробно рассказала. По мере ее рассказа возмущение Елены росло. И под конец она не выдержала:

— Вот до чего доводят нас мужские игры! Разрушают семью! Подумал бы князь своей деревянной башкой: от кого ты ребенка будешь рожать? Без них мы (к сожалению!) рожать еще не научились. Вот как конкретные политики проводят программу по сокращению рождаемости русского населения.

— Елена, что мне делать?

— Свести с ума этого князя.

— Думаешь, получится?

— Неужели женщина не обведет вокруг пальца какого-то мужчину. Пусть даже князя.

— Я тоже так думаю, сестра. И уже есть план. Но ты?.. ты мне поможешь?

— Василисушка, успокойся, родная! Прекрасно понимаю тебя. Мужчины хоть и делают глупости, но без них так тошно… то есть немного скучно. Рассчитывай на меня!

— Я отправляюсь в Киев! Мне нужен отряд. Сколько женщин в твоей фракции?

— Семь.

— А всего в нашей Женской партии сорок. Если бы…

— Василиса, я с тобой! Думаю, все мы с тобой! Но как сорок человек возьмут Киев?

— Я скажу, что мы сделаем. Переоденемся в мужскую одежду…

— В мужскую одежду?.. Ну, нет! Лучше уж тяжелый камень на шею — и в озеро Ильмень.