Я уже стал настолько имперцем, что моё новое положение по-настоящему мне льстило. С начала войны в демоническом мире я вырос в чине не так чтобы сильно. Но много ли могло значить формальное звание, если реально я держал в руках власть намного большую, чем власть обычного тысячника? И вот теперь в обществе самых важных офицеров Генштаба принимал неумеренные чествования. Пусть даже эти чествования были вызваны страхом за свои жизни… Ну и что?

Приглашение на большой приём в императорском дворце ошеломило меня своей значимостью уже безотносительно того, насколько быстро я привыкал к традициям новой родины. Это само по себе блестяще, пусть даже сегодня туда званы все сколько-нибудь значимые офицеры и аристократы, с самого начала выразившие государю свою преданность. Мне предстояло сидеть «в блюде» с Раджефом, который был как-никак высшим гвардейским чином в Империи. Круто даже для отличившегося трёхтысячника. Круто даже для названого родственника госпожи Солор. Вообще просто объективно круто.

— Удивляться тут нечему, — сказал мне Акшанта, когда подали первую перемену — закуски, паштеты, соусы к местному подобию бутербродов и овощные «конверты» в кляре. — На почётной половине стола мы с тобой — два единственных нетитулованных лица.

— В самом деле? — я огляделся.

Императорский дворец был поразителен и великолепен. И дело даже не в роскоши. Роскошь тут сама по себе. Куда больше изумляло совершенство архитектуры, простор зал и переходов, одновременно впечатление мощи и лёгкости в вязи галерей и колоннад, в сводах и окнах сложной формы. Отделкой я вообще мог лишь безмолвно любоваться. Дворец действительно мог служить символом императорской власти этого мира не хуже, чем самый мощный замок — величественный, прекрасный, могущественный.

В пиршественном зале, озарённом светом тысяч магических светильников, столы стояли не одной подковой, а двумя, один более почётный, другой — чуть менее. В пространстве между двух столов хватило бы места на любые представления, хоть гладиаторские игры, хоть танцы. Но пока никаких зрелищ не готовилось, и вряд ли они вообще будут. Они здесь были бы неуместны.

Этот ужин был посвящён победе, конечно. Отчасти. Но по большому счёту собрались мы здесь для того, чтоб посмотреть друг на друга, пообщаться о прошлом и будущем, сплотиться в своей готовности служить государю. Увидеть друг в друге соратников.

Нам предстояло ещё долго воевать плечом к плечу. Лучше бы всем сознакомиться и, если не подружиться, то хотя бы найти общий язык. Это — залог успешного проведения самых сложных боевых операций.