Пока Паша вслушивался в переговоры сержанта с постами, следом за бронетехникой на взгорке показались два автобуса, совсем не напоминающие армейские, разве только своей раскраской. Из автобусов выбрались с полдесятка людей в странных одеяниях, которые так и хотелось назвать скафандрами. Блестящие, облегающие всё тело костюмы, соединенные наглухо с перчатками и бахилами на ногах; защитные шлемы с узкими прозрачными забралами, казалось, слитыми с комбинезонами. Заметив недоуменный взгляд Аньки на пассажиров автобусов, Надя пояснила:

— Это ж старые костюмы… высшая биозащита, от всякой там заразы… не видела разве никогда?

— Живьем — нет, — нашлась, что ответить, Анька.

Ну, не признаваться же, что и на картинках таких скафандров она никогда не видела. Как не видела и армейских защитных костюмов, выглядевших не так броско, как научные, но от того не менее грозно. Особенно, если учесть, что у полудесятка бойцов, появившихся из бронетранспортера вслед за офицерами, за плечами висели громоздкие ранцы ротных огнеметов, и в воздухе остро, резко запахло то ли бензином, то ли ацетоном, то ли и тем, и другим сразу.

Тем временем к машине подошли те самые офицеры, которые не так давно покинули её по настойчивой просьбе Нади. Паша, присмотревшись, с удивлением заметил на погонах подполковничьи и капитанские звездочки. Видимо, это и были тот самый научник, руководящий операцией и тот самый капитан, которому следовало подчиняться. Вместе с ними подошел и какой-то совершенно нескладный, лопоухий солдатик, на котором и без того мешковатый комбинезон смотрелся, как на корове седло. Да и был этот солдатик весь какой-то запущенный, прыщавый и малосимпатичный.

Надя поморщилась при виде этой смехотворной фигуры, но ничего говорить не стала, а капитан Вершинин, толкнув солдата локтем в бок, видимо, что бы взбодрить, приказал:

— Давай, Голова, проговори им в мегафон, что тебе написали…

Сокрушенно покачав головой, наверное, подобно Надежде, расстроившись при виде этой пародии на бойца, сержант шустро извлек откуда-то, едва ли не из-под рулевой колонки, небольшой микрофон без шнурка и протянул его Голове.

— Кнопочку только не забудь нажать, — попросил он рядового, совершенно уж игнорируя устав и субординацию.

Покрутив в руках микрофон и еще зачем-то подув на него, Голова принялся рассеянно шарить по карманам своего комбинезона.

— Что ты потерял? — вмешался через минуту подполковник, не выдержав этого жалкого зрелища.

— Ну, это… где же она-то… — пробормотал рядовой, все еще пытаясь засунуть руку вместе с микрофоном в очередной карман.