Несколько месяцев назад, заинтересовавшись системой защиты информации в гигантской базе служб снабжения по неистребимой женской привычке совать свой нос туда, куда не просят, Анька вычислила несколько случаев, когда один и тот же человек одновременно отоваривался продуктами или ширпотребом, брал билеты на поезд или самолет или пользовался иными услугами в Москве и Владивостоке, Вологде и Перми, Костроме и Челябинске. Учитывая, что при этом использовались обязательные в стране "элки", получалось, что кто-то влезал в систему, а это не имело реального смысла — никаких доходов или иных дивидендов от двойного забора продуктов в двух разных магазинах никто получить не мог.

В тот момент Пухов просто взял на карандаш это странное явление и бросил на его проверку и анализ с десяток программистов и системщиков, надеясь выловить обыкновенные сбои в электронике или программах. И вот, совершенно неожиданно, Паша связал этих двойников с нелюдями, давшими задание Часовщику…

— А где, кстати, сама наша Анна Иоанновна? отдыхает? — поинтересовался Пухов, пытаясь взять паузу на обдумывание пашиных слов.

— Еще как отдыхает, я надеюсь… — ухмыльнулся Паша. — Я их к Александре завез, пусть порезвятся девчонки после такой-то ночи…

— Я не в свое дело лезу, — осторожно сказал Пухов, понизив голос почти до шепота. — Но ты-то сам как к этому относишься? Ну, девочки с девочками, мальчики с мальчиками, да еще тут волна какая-то у нас пошла — втроем-вчетвером жить, всем вместе спать и на одной кухне хозяйничать… на досуге как-то думал об этом — ничего в голову не пришло хорошего… или я уже старый стал?

— А зачем думать? — искренне удивился Паша. — Все было придумано до нас, достаточно классиков почитать…

"…Обыкновенная пища малого из крестьян — хлеб, квас, лук; он жив, бодр, здоров, работает легкую полевую работу. Он поступает на железную дорогу, и харчи у него — каша и один фунт мяса. Но зато он и выпускает это мясо на шестнадцатичасовой работе с тачкой в тридцать пудов. И ему как раз так. Ну а мы, поедающие по два фунта мяса, дичи и всякие горячительные яства и напитки, — куда это идет? На чувственные эксессы. И если идет туда, спасительный клапан открыт, все благополучно…"

— Что-то дореволюционное? — не узнал цитату Пухов.

— Лев Толстой, — кивнул Паша. — Умный был мужик и объяснить мог все просто и доходчиво…

— Значит, пусть молодежь бесится, выпускает излишки энергии, раз не загружена работой до упаду? — задумчиво произнес Пухов, но было видно, что думает он вовсе не о сексуальных привычках современных юношей и девушек. — Значит, считаешь, что брать надо этих допелльгангеров здесь, в городе?