Любопытная методика, кстати. Интересно, ведь с помощью неё можно и землетрясение остановить, не так ли? И извержение вулкана, например.

— Разумеется, нет! — Айн всё же нашла возможность вмешаться. — В зоне готовящегося землетрясения у тебя не будет под рукой столько энергии, сколько здесь. Ты же видишь, как я изнемогаю! Думаешь, я дурачусь?

— А хотя бы я! Мне нравится, как ты дурачишься!

Мы с ней сводили и сводили края разрыва, сплетали и сшивали, выковыривали из тугого клубка энергий те ошмётки их, которые мешали наконец-то расправить всё пострадавшее «полотнище» нужным образом. Разведение магической шелухи, сформировавшей «подушку», очень напоминало отделение тёмной фасоли от белой, и так три мешка, причём одновременно двадцатью руками и на огромной скорости. С небольшим запозданием мне пришло в голову, что можно ведь сделать нечто вроде сита… С фасолью такое получится элементарно, тёмная фасоль крупнее белой. Но и разновидности энергетических отходов имеют различия. И тут тоже можно отыскать способ механически просеивать.

— Соображаешь! — одобрила демоница. — Толково придумано!

Дело пошло быстрее. Скоро «подушка» начала таять, и уже не требовалось столько усилий, чтоб сводить края надорванного пространственного полотна. В крайнем изумлении я вдруг осознал, какие дикие объёмы энергии прокачиваю через себя, чтоб делать всё это. Пожалуй, побольше, чем монильцы отчерпывали из зева, пытаясь его хотя бы стабилизировать. Однако золотая стена даже не дрогнула, столп стоял как стоял. Зримое свидетельство того, насколько бесплодны были усилия монильских магов.

— Он вдохнёт? — спросил я, изучая результат наших совместных трудов.

— Будем надеяться, что нет. Я ведь уже ошиблась в определении сроков. Может, и в самом факте — тоже. — Айн с наслаждением разглядывала возведённые вокруг столпа «леса», такие эфирные и воздушные, что они казались шуткой на фоне разгулявшейся мощи. — Приласкай меня.

— Снова нужна подпитка?

— Нет. На этот раз просто для души.

— А время?

— Слушай, перед смертью не надышишься. Если я ошиблась, времени у нас хватит на всё. Если не ошиблась, мы всё равно уже опоздали. Тебе жалко, что ли?

Мне было не жалко. Мы любили друг друга, устроившись прямо тут, у края золотой стены. Энергия звенела в пальцах, вспушивала волосы, даже, кажется, хрустела на зубах, её присутствие рядом делало судорогу наслаждения всё более полной, острой, запредельной. В какой-то момент даже захотелось умереть, потому что иначе даже для самого себя нечем было выразить всю степень этого наслаждения. Подхватившись, я оттолкнул демоницу от себя, и она изогнулась, приподнимаясь с камня, словно мифическая женщина-змея.