– Э, да что мне сделается? А ты, гляжу, все летаешь…

– Так ведь и тебе, вроде, крылышки пока не подрезали.

– Это сейчас несколько… э-э-э… затруднительно сделать.

– Как же, наслышан, – иронически скривившись, фыркнул фон Шульц. – собственная планета, собственный флот…

– Добавь к этому неплохие ремонтные мощности и, главное, людей, на которых можно положиться.

– Наслышан, – вздохнул немец. – Тебя уже все матом кроют – по твоей милости ни добычу не продать, ни отремонтироваться толком.

– Ну, это уже издержки. Я, вообще, к чему этот разговор завел. Ты как, предпочтешь свалить или будешь защищать клиентов?

Вопрос был, как говаривал один удачливый политик, архиважный. Шульц прекрасно понимал, что крейсеру все они – на один зуб. Один-два точных залпа – и его корабли превратятся в металлолом, не имея ни малейшего шанса дотянуться до противника. Более того, даже то, что с ним вообще разговаривают, является невиданной милостью. Все законы тактики требовали от капитана русского крейсера, подобравшегося практически вплотную, открывать огонь на поражение, не вступая ни в какие переговоры. Если бы Соломин поступил так, как написано в учебнике, то корабли фон Шульца развалились бы на куски, даже не увидев врага, а их экипажи не успели бы не только ничего понять, но даже почувствовать. Но, с другой стороны, их наняли, он, фон Шульц, дал слово… Немец вздохнул.

– Мы будем драться, – обреченно выдохнул он.

К удивлению Шульца, Соломин не приказал своим людям немедленно отсалютовать его кораблям всем бортом, а вполне благосклонно кивнул:

– Хорошо. Как доведешь корабли до порта назначения, дуй к нам. Будет тебе и ремонт, и деловое предложение…

Когда «Альбатрос» растаял в бесконечности космоса, фон Шульц шумно выдохнул. Сердце невозмутимого внешне немца стучало, как заячий хвост. Наверное, именно так чувствует себя приговоренный к смерти, когда перед эшафотом палач вдруг весело улыбается, говорит, что это была шутка и вообще, тут рядом есть неплохой кабачок… За русскими ходила устойчивая слава хорошо вооруженных отморозков, а тут вдруг такие расклады. Правда, что русские слово держат, тоже было известно, и данные ими гарантии безопасности дорогого стоили. В общем, стоило принять их предложение.

Как раз на этой мысли Шульц сообразил, что по-прежнему стоит перед давно погасшим экраном связи, а вокруг него, в полном безмолвии, замерли его люди, не сообразившие еще, как им улыбнулась фортуна. Смерть, аккуратная такая, хорошо бронированная, прошла стороной, и они будут жить! Капитан Дитрих фон Шульц понимал это, наверное, лучше всех, поэтому он не обругал подчиненных, как сделал бы в обычной ситуации, а просто тихим голосом приказал разойтись. И, что интересно, выполнили его приказ куда быстрее, чем обычно.