Тем временем Соломин объяснял свои действия слышавшим разговор офицерам. Мог бы и не объяснять, однако он всегда считал, что лучше, если его люди будут знать причину решений, хотя бы вот таких, нестандартных. А причина была проста до безобразия. Что можно взять, ограбив такой вот караван? Вряд ли много и, в любом случае, это будет одноразовый улов. А что больше всего сейчас было необходимо новорожденной стране? Да в первую очередь люди, и не абы какие, а те, что смогут сражаться на ее стороне, обученные военные космонавты с опытом ведения боевых действий. Кораблей у Соломина было в избытке, а вот людей для того, чтобы собрать экипажи, напротив, мало. Плюс ко всему, это должны быть люди, которым можно доверять. Лучше всего, конечно, если это будут русские, свои, но обещанное императором пополнение когда еще будет, а комплектовать экипажи надо уже сейчас. Те же, кто готов умереть, но выполнить то, за что взялся, – это далеко не худший вариант, поэтому Соломин всерьез рассчитывал, что очень скоро фон Шульц вместе со своими людьми окажется у него на службе. И, кстати, не пожалеет об этом – капитану линкора вряд ли стоит жаловаться на судьбу. А что? Трофейных линкоров у Соломина хватало, а опытных капитанов, напротив, был дефицит. Так почему бы и не Шульц, тем более что, насколько знал Соломин, офицером он и впрямь был неплохим.

Однако будущее будущим, а сейчас они уже отклонились от курса. К тому же боевой задор в предвкушении схватки еще не прошел. Ну, и без добычи на Новый Амстердам возвращаться было как-то стремно. Поэтому, немного посовещавшись с капитаном «Альбатроса», Соломин принял решение зайти с неофициальным визитом к литовским товарищам, которые, надо сказать, вовсе никому не товарищи. Получится – перехватить пару-тройку транспортных кораблей, которые в том районе должны ходить без охраны. Литовцы, в отличие от прочих неуважаемых народов, сумели создать неплохой флот и пиратов гоняли вполне успешно, так что капитаны грузовых судов нападения не боялись, а зря. Русский крейсер все равно никому не перехватить, да и справиться с ним затруднительно, поэтому с такими раскладами литовские корабли в качестве гаранта стабильности смотрелись неубедительно. Ну а вводить их планеты в состав вновь образуемого государства Соломин в любом случае не собирался, рассматривая литовцев как законный объект для грабежа. Можно еще для насилия и убийства, как ехидно прокомментировал Мещевич, кто-то из предков которого тоже сильно пострадал от рук литовских нацистов. Да и новичков в стрельбе по движущимся мишеням потренировать стоило. К тому же личных мотивов никто не отменял, и Соломин вполне логично предположил, что «я их поимею потому, что я так хочу» является для главы сильного государства по отношению к государству слабому вполне достаточным основанием. Образ мыслей, конечно, насквозь пиратский, но… примерно так думают девять из десяти президентов, разве что амбиции свои реализовать не у всех получается.