— Так, может, по пилюле закинем и шороху наведём? — оживился Книжник. — Зачем нам все эти «Лиходеи» и остальная техника?

— Процент выживших после приёма этого препарата — где-то около двадцати пяти. — Вид у Арсения Олеговича был какой-то виноватый. — Сами понимаете, что три доли из четырёх идут со знаком «минус». Да и время действия не то чтобы… Самое большее — полторы минуты, если очень сильный организм. Самое меньшее — минута. Потом либо сразу летальный исход, либо вы оказываетесь везунчиком. Есть ещё нейтральная реакция, но она была лишь единожды за всё время экспериментов. Кома на два с половиной месяца. Потом, правда, очнулся. Выжил. Поэтому предлагаю оставить «Озверин» на самую пиковую фазу операции. Я никого не принуждаю, каждый решает сам. Лично я очень надеюсь, что всё обойдётся без экстренных мер. Но запасной план должен быть, или я совсем уж ничего не понимаю в искусстве войны…

— Опыты на людях? — уточнила Лихо. — Только не говорите, что на хомячках или обезьянках, а до этого — оговорка была. Сколько угробили-то? Или у вас к дверям лаборатории змеистая очередь в три ряда из добровольцев стояла?

— На людях, — Арсений Олегович смотрел на неё безо всякого раскаяния. — Добровольцах. Про смертельно больных слышали? Ровным счётом — двадцать восемь опытов провели. Каяться не собираюсь, никого не принуждал, разве что всей правды не говорили. Выдавали всё за испытание лекарства именно от той болезни, которой был болен доброволец. Манили шансом, так сказать…

— Гуманисты… А две можно принять? — серьёзно спросила блондинка.

— Нет. Две — это верная смерть.

— Понятно. Давайте ваш «Озверин». Как быстро действует-то? Уже сейчас можно глотать или погодить слегка?

— Действие начинается спустя четверть минуты после проглатывания. На поле боя, в случае необходимости, можно принимать смело. Держать капсулу можно за щекой, под языком: главное — не проглотить, когда этого не требует ситуация. Оболочка растворяется только в желудке, и перед проглатыванием её надо как следует сдавить зубами. Если сдавить её случайно и выплюнуть, не проглатывая, — ничего не произойдёт. И если проглотить, не сдавливая, — тоже ничего не будет. Двойная страховка. Могу сказать сразу, что не будет никаких неконтролируемых эмоций. Всё будет восприниматься осознанно, чётко, адекватно. Вы просто почувствуете себя всемогущим. Проверено.

— И мне давайте. — Книжник решительно протянул руку. — Да не косись ты на меня, синеглазая ты наша. Не стану я её жрать от нечего делать. Пусть будет. Я вас всех один раз уже спас. И, что характерно — выжил. Почему бы не быть второму?