Оба пехотинца протиснулись сквозь толпу и козырнули.

— Наверху полный форзац, — сказал прапорщик. И добавил на тон тише: – Иксы совершили массированное нападение на страну, а может быть, и на всю планету. Штаб не исключает возможности десанта. Так что проверьте, надежно ли заперта дверь…

Солдаты встревоженно переглянулись и машинально поправили ремни автоматов на плечах.

— Согласен, — кивнул Плиев на их немой вопрос. — Сумасшествие какое-то. Но у нас есть четкий приказ: обеспечивать безопасность гражданских лиц, находящихся под этой сраной крышей. Которая, кстати, вот-вот рухнет… Ну, чего встали, как истуканы с острова Пасхи? Давайте, дверь на все запоры запирайте, и без моего приказа не открывать никому!

Дима и Гриша довольно шустро влезли в прорезиненные костюмы и подобрали себе противогазы. Затем они помогли разобраться с обмундированием родителям и вернулись на свои койки.

Паника постепенно угасала. Народ разбредался по местам, кое-как втиснувшись в спецкостюмы прямо в зимней одежде. Картина со стороны выглядела смешно и пугающе одновременно: множество пухлых резиновых гуманоидов, по инерции пихаясь и сквернословя, рассаживались на кровати с чистыми простынями и принимались вполголоса обсуждать вероятность немедленного конца света.

— Ну, что я тебе говорил? — торжествующе заявил Гриша, хотя у самого сердце с перепуга готово было вылететь через прямую кишку. — Вторжение!

Дима покусал губы и постучал ногтем по одному из глазных стеклышек противогаза. Ему было очень страшно не столько за себя – в возрасте пятнадцати лет человек еще не до конца адекватно оценивает уровень грозящей ему опасности, — сколько за растяп-родителей и Светку из параллельного класса, которая сейчас томилась в каком-то другом бомбоубежище.

— Гриш, — наконец сказал он, — а вдруг ты прав?

Они уставились друг на друга. В глазах обоих плясали искры страха и абсолютного непонимания, что делать дальше.

Лязгнуло железо. Это солдаты запирали толстую дверь на дополнительный засов.

— Сейчас бы сюда наш ноут с выходом в Инет, — сказал Гриша. Просто так сказал, чтобы не молчать.

— А я сигарету хочу, — отозвался Дима, покосившись на предков. Те были заняты своими разговорами.

— Сигарету?

— Ага. Никогда не курил, а теперь вдруг захотелось.

Снова громыхнуло. Ребята вздрогнули. С потолка упал большой кусок штукатурки прямо на коробку с тушенкой – картон порвался, и банки раскатились в разные стороны.

На этот раз люди не затараторили, а наоборот – притихли. Подняли головы к мерцающим лампам, будто могли услышать, что происходит наверху – возле их родного дома.