— Ага, как же…

Сотрудник в темно-синей форме с большими желтыми буквами «МЧСГО» на спине призывно подолбил заскорузлой ладонью по столешнице. Дождался, пока люди утихнут, и подошел к стационарному терминалу связи – мобильники здесь не ловили сигнал.

— Дежурный? Это прапорщик Плиев, третья бригада штаба Промышленного района. Наш дом только что…

Прапорщик замолчал. Трубка долго что-то бормотала ему в ухо. Слышно было, как на том конце дежурный то срывался на крик, то переходил на совсем неразличимую бубнятину.

Двое солдат, приписанных к объекту, вытянули шеи, пытаясь уловить хоть что-то. Люди напряженно ждали, шепотом обмениваясь мнениями.

— Есть, — наконец сказал сотрудник МЧСГО. — Все понял. Так точно.

Он вернул трубку на место и еще несколько секунд стоял неподвижно. Затем обернулся, и Гриша обратил внимание, как под смуглой кожей щек играют желваки.

— Граждане! Внимание! — обратился прапорщик Плиев к жителям. — На поверхности не произошло ничего страшного. Министерством обороны совместно с ФСБ проводится антитеррористическая операция по ликвидации боевиков экстремистского бандформирования Ойголь. Нам с вами предписано… в целях безопасности… немедленно облачиться в общевойсковые костюмы химической защиты Л-1. Также каждому необходимо подобрать себе по размеру противогаз и потренироваться его надевать.

Объяснение происходящего звучало фальшиво даже для обыкновенных, насмерть перепуганных городских жителей.

— Война, — негромко сказал кто-то из дальнего конца помещения.

— Война? — тупо переспросила прапорщика мама Гриши.

— Доигрались со своими телескопами, — не к месту ввернул батя, хмуро глядя на сына. — Надо было давно вас выпороть.

— Никакой войны… — начал прапорщик, но в этот момент шарахнуло.

На этот раз дело не ограничилось гудением и лопнувшей лампочкой…

Пол ушел из-под ног людей. Загрохотало так, что, казалось еще немного, и барабанные перепонки можно будет вешать на брелок в качестве сувениров. Стены пошли трещинами и заметно покосились, а с потолка, срывая навесные панели, полетели крупные куски штукатурки. Один из них попал кому-то по голове и разбил в кровь.

Ругань, стоны и крики мгновенно наполнили весь объем бомбоубежища. Люди посыпались со своих коек, переворачивая ящики с провиантом, и бросились к стопкам «химзы». Толкаясь и доказывая право на первоочередность, все принялись расшвыривать упакованные костюмы в поисках своего размера.

— Обалдеть, — держась за поврежденное арматурой плечо, проворчал Плиев, — первый раз вижу, чтобы гражданские без пререканий и вопросов послушались предписания… Вот если б еще при этом не калечили друг друга – я бы поверил в человеческую рассудительность и вызвался добровольцем спасать мир. Солдаты, идите-ка сюда!