– Но в конце концов мы просто те, кто мы есть. Я – советница при Императрице.

– А я – Служитель при короле. Каждый из нас несет свою ношу.

Сумаэль улыбнулась:

– И если тебе нужно взвалить на себя груз…

– Взваливай, а не скули.

– Я буду скучать по тебе, Ярви.

– Я лучшую половину себя оставляю здесь…

И они смотрели и смотрели друг другу в глаза, а потом Сумаэль длинно выдохнула:

– Удачи тебе. И доброго пути.

И зашагала прочь, гордо развернув плечи.

Лицо отца Ярви странно исказилось, и он привалился к двери, словно ноги его не держали. Бранд хотел даже предложить ему руку – ну, опереться, но умный знает, когда молчать, а когда говорить. И вскоре Служитель взял себя в руки без посторонней помощи.

– Собирай команду, Бранд, – сказал он. – У нас впереди долгий путь.

Часть IV Великие деяния

Часть IV

Великие деяния

Прощания

Прощания

Колючка осторожно, почти нежно втащила весло на палубу и погладила отполированное до блеска дерево последний раз:

– Прощай, мой друг.

Весло, впрочем, не проявило никаких ответных чувств, и с прощальным вздохом она подхватила свой бренчащий рундук и выпрыгнула на причал.