На нем был старый свитер сестры, чтобы прохожие не заметили пятна. Так-то зараженных старались избегать, но, если верить рассказам тети Оли, не гнушались порой и забить до смерти – так ведь спокойнее…

Тишину прорезал крик. На той стороне улицы осколки стекла брызнули в пожухлую траву, что-то гулко шлепнулось об асфальт. Наверху, в квартире, кто-то истошно завизжал.

– Не смотри, – Лена притянула к себе Витьку.

Егор вдруг резко остановился. Обернулся, приложил палец к губам.

– Серые! – выдохнул Витька.

Они стояли у дороги в тени старого платана и жадно, неотрывно смотрели на неподвижное тело. Их было двое. Невысокие, сутулые, с серой пористой кожей, водянистыми бесцветными глазами без век и ресниц.

Ничего, похожего на оружие, у пришельцев не было. Да что там оружие – Лена даже не смогла бы сказать, есть ли на них одежда, или эти ороговевшие запыленные чешуйки – их кожа.

До них было пять шагов, не больше.

– Они нам нужны, – прошептал Егор одними губами. Наклонился, подобрал отколовшийся кусок бордюра, взвесил в ладони. Лена кивнула. Высвободила пальцы из Витькиной ладошки, осторожно, не сводя глаз с замерших серых, вытащила из джинсов ремень, свернула петлей.

Они подошли к пришельцам – так близко, что можно было разглядеть трещинки на сизой коже. Переглянулись.

Камень опустился на лысую голову серого – и тот беззвучно осел на асфальт. Лена набросила ремень на шею второго и дернула свободный конец на себя, затягивая петлю. Инопланетянин вскинул было тонкие руки, но захрипел от боли и замер, опустив голову.

Что, так просто?

Отец отшвырнул камень, измазанный в чем-то белесом. Неожиданно ловким движением подхватил обмякшего серого с земли и перебросил, как овцу, через плечо.

– Идем, – обернулся он ко второму. А тот и не пытался убежать. Покорно побрел за Леной, как собачка на поводке.

В подсобке гастронома было душно и тесно. И воняло. Не так, конечно, как в торговом зале, где все, что не успели вынести, догнивало в бесполезных холодильниках – но все же.

Серый, привязанный к стулу, равнодушно смотрел на них. Его товарищ валялся в углу на груде тряпья и полиэтилена. По-хорошему, надо было бы связать обоих, но от каждого прикосновения к ноздреватой коже к горлу Лены подкатывала тошнота.

Егор поднес к лицу серого карточку. Ткнул пальцем в картинку.

– Нам нужно это. Лекарство. Ясно?