Галера шла весь день только на веслах. В три смены, наемники работали как проклятые, под стать морякам Реджинальда. Так обычно рвали жилы, когда уходят от погони, но в этот раз галера неслась по морю, как ураган, движимая только стараниями гребцов, помноженный на авторитет Змея.

К полуночи, к вящему удивлению старого пирата темп возрос еще больше. Шли ориентируясь по луне и звездам.

— К чему такой запредельный темп? — Капитан галеры все-таки не выдержал и перед тем как пойти отдохнуть спросил напрямую Змея, который увлеченно о чем-то шептался с двумя из группы странных пассажиров.

— Мне не нужны стычки и драки на галере. Так у них нет сил ни на что другое. И потом глаза и уши есть везде. Только мы будем еще быстрее, чем ждут наши враги.

— Они выдержат такой темп?

— Каждому из них я плачу сто полновесных имперских золотых… — Реджинальд от услышанного сглотнул. А двое пассажиров как то по-новому взглянули на наемника. Пауза затянулась.

— Иди спать, Реджинальд. — Змей ободряюще хлопнул старого пирата по плечу и вернулся к прерванному разговору. Покидая ют, только по обрывкам долетающих фраз капитан понял, кем могут быть эти странные пассажиры — ремесленниками и мастерами.

На следующее утро задул сильный попутный ветер. Реджинальд распорядился раздернуть снасть. И почти все наемники, пользуясь представившемся отдыхом, повалились спать. Прямо на своих местах за веслами.

Так день сменялся ночью, ночь днем. Путь, который обычный корабль преодолевал за пять-шесть дней, галера пролетела за три с половиной дня. Уже в полдень один из марсовых, убирающих ненужные паруса, после смены ветра закричал: «Земля»!

На крик отреагировали, но как то вяло. Лишь на мачту было послано еще с десяток матросов, для ускоренной уборки паруса и такелажа. Галера продолжала идти с прежней скоростью. Только теперь на мачте сидел наблюдатель, вооруженный подзорной трубой. На расстоянии дневного перехода от древнего Измора уже могли встретиться патрульные суденышки империи, уцелевшие после ряда сокрушительных поражений от союза вольных городов юга. Потекли часы томительного ожидания. Быть обнаруженным означало сорвать весь план так тщательно подготовленной атаки.

Но пиратской галере везло, что крепкая рука Реджинальда сжимала рулевое кормило. А память еще никогда не подводила старого пирата и контрабандиста, помнившего наизусть все отмели и бухточки Дольского залива.

Буквально крадясь мимо маленьких островков и рифов, мимо тайных наблюдательных постов имперцев к одной малоизвестной бухточке, где можно было укрыть галеру и начать готовиться к штурму маяка, «Огненный дождь» трижды был на волосок от обнаружения. Но к началу пятого дня путешествия Змей со товарищами с облегчением взирал на знаменитый Дольский маяк, укрывшись в неприметной бухточке и с натянутой на мачты маскировочной сетью.