— Бозус, застрели его, — процедил полковник.
Я с неохотой достал револьвер и уточнил:
— Может, лучше прирезать, патроны денег стоят.
За время короткого диалога сутенер помойки успел бесследно раствориться, так что мы смогли без лишних свидетелей заняться темными делами. Хотя как сказать, возможно, в этих сараях сотни наблюдателей, у каждой дыры. С другой стороны обитатели подобных трущоб не очень-то ладят с властями и вряд ли побегут искать патрульных. Так что место пусть и не безлюдное, но надежное.
Полковник, выказывая нешуточное знакомство с процессом избавления от мертвых тел, расстегнул на покойнике сюртук, задрал рубаху, кривым ножом разрезал живот, протянул руку:
— Булыжники подавайте. Парочки хватит, теперь одежду застегнуть и с глаз долой его. Брюхо вспорото, всплыть не должен. Здешние раки до падали охочи, через месяц от него только косточки останутся. Жил себе Родокс, и хорошо жил, а потом пропал, и никто теперь его не найдет. Если вы, Бозус, не проговоритесь, потому как за себя я уверен.
— А кучер?
— В нем я уверен куда больше, чем в вас. Давайте, за ноги его держите. Ох и весу в нем. Ну почему покойники всегда тяжелее живых?
Когда все было закончено и мы возвращались назад, полковник предупредил:
— Вечером не отлучайтесь из гостиницы, приказ пришел, делом займемся. И вещи соберите какие есть, вам придется уходить из города.
Надеюсь, не трупы возить. Хотя кто знает, что на этот раз придумают, возможно, возня с покойниками покажется детской забавой.
Глава 29
Глава 29
— Бозус, у вас есть револьвер?
— Даже два.
— И винтовка в седельной кобуре?
— Сами видите.
— Да вы будто на войну собрались, но я такое одобряю, никогда не знаешь, что может случиться. Однако предупреждаю, что все должно пройти без крови. Генерал четко это приказал, а его приказы советую выполнять до последней буквы. Вот этого джентльмена можете звать Гас, а вот этого Бугае. Даже если перепутаете — не страшно, они необидчивые. Видите вон тот дом? Наша задача зайти туда, взять одного человека, не причиняя вреда подавить сопротивление, вывести наружу, доставить к генералу. Все понятно?
— Понятно. Мне уже доводилось воровать человека, смотрю, здесь это ходовой товар.
— Вы даже не представляете, насколько ходовой. Борцы за права туземцев наивны, как дети, считая, что рабство осталось в прошлом. Процветает как никогда, просто вывески сменились. Немного подождем, нам должны открыть двери.