Раздался далекий гул, и на стенах загорелось множество голубых огоньков. В полном соответствии с атмосферой этого ржавого местечка, выглядели они еще более зловещими, чем Стерис по утрам. Это были ни лампы накаливания, ни что-то другое, столь же логичное, а просто части стен, которые казались сделанными из прозрачного стекла и излучали весьма тусклое свечение.

Впрочем, его хватило, чтобы озарить холмики на полу. Трупы. Они лежали в неуклюжих позах, и было их тревожно много. И эти лужи вокруг них… замерзшая кровь.

Уэйн тихонько присвистнул:

– Кто-то зашел чересчур далеко, желая придать этому месту пугающий вид.

– Этих трупов здесь изначально не было, – сухо проговорил Вакс. – Наверно, они… Уэйн, это еще что такое?

– Он сам отвалился. – Уэйн сжал в руке наконечник копья, который даже сквозь носовой платок был холодным на ощупь. С одной стороны высовывалось острие. – Я на него даже не смотрел, Вакс. Должно быть, ветром расшатало. Видишь, у него с одной стороны дырка, чтобы откручивать и…

– Ничего не трогай, – наставив на него палец, строго произнес Вакс. – Больше ничего.

Ме-Лаан быстро глянула на Уэйна.

– А ты молчи, – велел тот.

– Да я ни слова не сказала.

– Зато подумала! Это хуже.

Тяжко вздохнув, Вакс посмотрел на пилота, который изучал какую-то резьбу на стене.

– Аллик? – Вакс постучал по медальону, привязанному к запястью.

Человек в маске вздохнул, но поменял один свой медальон на другой. И тотчас задрожал от холода:

– Я побывал в преисподней. Эти горы точно высятся по пути туда.

– Ты считаешь, преисподняя находится в небе? – спросила Стерис, которая буквально вцепилась в Вакса.

– Ну разумеется, – ответил пилот. – Чем глубже копаешь, тем теплее становится. Значит, преисподняя должна располагаться в другом направлении. Чего ты от меня хотел, Великий Металлический Разрушитель?

– Трупы. – Вакс кивком указал на коридор. – Ловушки?

– Да, – сказал Аллик. – Тем, кто строил храм, поручили защищать оружие Суверена. Они знали, что рано или поздно за ним обязательно придут, а поскольку охранять лично не могли, обязаны были сделать путь к Браслетам трудным. Не в этой обители льда и смерти. Но…

– Что? – спросил Вакс.