За спиной бригадир-инженера протяжно лязгнул металл. Обернувшись, Хефти увидел, как сквозь люк протискивается пещерный монстр. Облезлый мех топорщился на плечах в бледно-мертвенном зеленоватом свете люминесцентных светильников, тускло отблескивали длинные когти, но хуже всего были глаза твари – два белесых круглых пятна на морде, слепо уставившихся на гнома. Все как и в тот раз, много лет назад, в старом заброшенном штреке, – только рука, привычно метнувшаяся к поясу, вместо рукояти короткого «забойного» меча схватила воздух.
– Троллем деланные очки!
Хефти даже не сразу осознал связь между произнесенными словами на странно искаженном кхазалиде и вырывающимися из пасти твари облачками пара. Он по-прежнему пытался нащупать меч, когда монстр… вырвал у себя глаза.
– Чем только не смазывал… а как нырнем, запотевают враз…
– Подшкипер?! – От испуга он даже не сразу вспомнил имя соседа по ракетным стеллажам. – Бембур?!
– Да уж не гранд-адмирал Балин, – хохотнул гном. – Эй, а ты чего не оделся-то? Тута застудиться на раз-два.
– К-кафтан в сундуке! – отстучал зубами Хефти. – Я не знал…
– Ща… – подшкипер, чуть помедлив, принялся расстегивать меховую куртку. Его движения сопровождались каким-то странным поскрипыванием. – На, держи… да держи, не мнись, я в одеяло завернусь. Тут недолго-то…
Куртка оказалась мала, застегнуть ее у Хефти не получалось. Но и просто накинув неожиданно тяжелый мех на плечи, бригадир-инженер с наслаждением ощутил, как стужа медленно, нехотя отступает, пятится в темные углы отсека, чтобы растворится в тенях.
– Я тож хорош, предупредить забыл. – Бембур выудил из-за узкого, с бронзовыми окантовками ящика когда-то ватное, а теперь скорее лоскутное одеяло и закутался в него, разом став похожим на экзотического попугая. – Наши-то все давно прибарахлились. Мы через «ключ» уж который раз проходим.
– Ключ?
– Он самый, – кивнул подводник, – во всех смыслах. Тут водица как из наших горных ключей, ледяная, глотнешь, аж зубы ломит. Штурман говорил, мол, течение из самой растакой-то глубины. А нам самое то – в холодной-то воде разве что угри… тэк-с, а галош-то у тебя тоже нет?
Лишь сейчас Хефти наконец-то сообразил, что привидевшиеся ему «когти» были резиновой перчаткой.
– Галош?
– А, ты ж и про них не знаешь. В общем, смотри. – Подшкипер вытащил короткую «кукурузную» трубку, но курить не стал, а просто начал мусолить и без того изрядно погрызенный мундштук. – Мы щас ихний противонашенский барьер проходим. Чащобу. Водоросли-сигналки, тянутся почти до поверхности, листья толстые, мягкие, чуть задел – и наверху пятно на полмили, еще и ночью светится, з-зараза. А сами стебли у них прочные, винт запутать на раз-два… та еще гадость. Одно выручает – холодрыги клятые стебельки не любят. Да и прочие твари – прилипалы-бурильщики, кракены, рыба-шило, все эти ихние гады тоже плавают где потеплее. Угрям только все равно, но пока, хвала Гругни, обходилось. Не зря капитан пробковую обшивку ставил. Если небольшой попадется, считай, ничего и не заметим, только, – Бембур выставил над макушкой пятерню, – волосы дыбом встанут, искры из глаз посыплются. А вот если крупный, – подшкипер мотнул головой, – тут уж только молиться, чтобы не твою любимую тушку скрючило да поджарило. У Даина на «Старой бочке» из полусотни команды шестнадцать живыми вернулись… остальных потом уже, в порту, от палубы отскребли, с совочка в коробочек ссыпали да и отправили по домам. – Подшкипер замолк и полминуты спустя и зло добавил: – «