И как-то удивительно получилось, что, выходя из кафе, Ян обнял ее за талию, спасая от лужи, да так и пошел, забыв убрать руку.

Со следующего дня началась обычная рутина. Теперь, однако, и утренние тренировки, и все «обязательные психологические» и «коммуникативные» тренинги проходили гораздо веселее. Если раньше у Асли случались тяжелые дни, когда все валилось из рук и лап, когда она не могла сделать свою сотню отжиманий в день или просто хандрила, то сейчас все давалось ей легко. Частенько они стали соревноваться с Яном, и соревнования неизменно заканчивались хохотом и дурашливым валянием на матах.

Как-то перед обедом Ян сидел в столовке, то и дело поправляя очки, съезжающие на нос, гонял игрушку на планшете. Асли подошла, как всегда, неслышно и, положив ладошку ему на плечо, заглянула в планшет. Кончики темно-русых волос защекотали Янову шею, свежий – Асли только вылезла из душа – запах ее кожи коснулся ноздрей. Пахло горьковатыми травами и цитрусом. Ян поднял голову.

Асли улыбнулась, взъерошила ему волосы на затылке и, танцуя, удалилась к «салатному» столику.

Второе задание пришло из неожиданного источника.

– Понимаешь, – объяснял Олаф, – иногда мы оказываем услуги крупным магнатам. Они хорошо платят, а деньги Центру нужны. Не всегда с работой можно справиться, тогда оплата идет чисто за вызов. Не волнуйся, ничего противозаконного, мы с Асли уже были на подобном деле.

Для «дела» необходимо было явиться в полицейский участок. Необычности преследовали их прямо со входа. Во-первых, никаких предварительных процедур – их сразу, без вопросов, провели в небольшую комфортабельную комнатку с диваном и креслами. Во-вторых, в комнате находились самые высокие полицейские чины и двое мужчин в возрасте, одетых слишком элегантно и дорого, чтобы их можно было принять за простых смертных. Один из «богатеев» был повыше и постройнее, но и существенно постарше, за семьдесят, не меньше, второй напоминал забытую на грядке картофелину или, для более подобающего сравнения, побитое яйцо Фаберже.

– Кто из них? – спросил «богатей» постарше.

– Девушка, – отозвался глава Уголовной полиции (Ян видел его раньше – он появлялся в Центре).

Мужчина повернулся к Асли.

– Здравствуй, – произнес он. Видно было, что человек он старой закалки, и обращение на «ты», повсеместно введенное в шестидесятых годах прошлого века, до сих пор вызывает у него неудовольствие. – Давай сразу по существу вопроса. За стеной сидит человек, имя его не имеет значения, он обвиняется в похищении кое-каких документов. Прямых доказательств у нас нет. Тесты на детекторе лжи он прошел, не без провалов, но в целом зацепиться не за что. Мне нужно… нам нужно точно знать, участвовал он в воровстве или нет. Просто – знать. От тебя не требуется поиска доказательств, это дело полиции. Но если бы мы были уверены в его причастности, мы бы могли… были бы вправе применить… другие методы воздействия. Это очень важное для нас дело.