— Заплатишь, сколько сможешь. Должен предупредить тебя, что в нашей глуши тебе несдобровать с этим чудом, поэтому прикрепить его нужно получше. Да. Это можно будет организовать… Клинок твой я покрою старинным клеем… но после этого тебе придётся забыть о мече. Это ты понимаешь?

Они сторговались, и сделка была заключена. Так Нэк Меч стал Нэком Музыкантом.

— На это? — удивлённо и подозрительно переспросила Вара. — Ты поменял свой меч на это?

— На металлофон. Инструмент, на котором играют маленьким деревянным молоточком. На моём мече было слишком много крови.

Лицо Вары стало злым, и она отвернулась. Тил улыбнулся.

Теперь они шли на юг и восток. Тил и Нэк возвращались с новостью для доктора Джонса. Собственно, новостью их являлась Вара, хотя таковой она себя не считала. Она была последним из оставшихся в живых свидетелей, способных ответить на вопросы, касающиеся истинной природы гибели Геликона. Вара же шла, ожидая момента исполнения своей мести Нэку; она не хотела, чтобы он ушёл из её рук целым и невредимым.

Большую часть дневного перехода Тил молчал, у Нэка тоже не было настроения завязывать разговоры, Вара обычно бывала погружена в угрюмые размышления. Впереди у них лежали три тысячи миль — около трёх или четырёх месяцев пути, если идти быстро и каждый день. Путешествие не обещало быть приятным.

Так или иначе, им приходилось общаться друг с другом. Местные жители в большинстве своём были настроены недружелюбно; хижин, в которых можно было когда-то найти удобный ночлег, больше не существовало даже в глубине страны ненормальных. Путь их проходил по территории, известной некогда под названием западной Канады, вдоль южных границ растянувшихся цепью больших озёр и северных окраин опаснейших порченых земель. Судя по имеющейся у Тила карте, полученной от ненормальных, возможность такого пути имелась.

Каждый день им нужно есть, и это означает, что кто-то должен охотиться и добывать пропитание; каждую ночь кто-то должен не спать и охранять лагерь; кто-то должен изучать окрестности и выбирать наиболее безопасный маршрут в местах обитания разбойных дружин. Охотой по большей части занимался Тил. Через некоторое время Вара, которой, очевидно, стало стыдно сидеть сложа руки, начала ему помогать.

Нэк, лишивший себя своего меча, не мог теперь ни бить зверя, ни сражаться. Он стал полностью зависим от своих спутников, и это очень его унижало. Да, тяжело было потерять своё оружие, да ещё не в кругу! На его долю оставались ночные дежурства — и он не смыкал глаз ночи напролёт. После двенадцатичасовых ежедневных переходов это было не очень-то просто.