Торопливо стащив платье, так покорявшее своей красотой светских кавалеров, Ирис осталась в брюках и ботинках, надетых прямо под бальный наряд. Она готовилась к побегу: в карманах брюк лежало всё, что могло понадобиться — впрыскиватель с сывороткой и новое удостоверение, выписанное самой себе ночью в кабинете Евы.

Тонкий свитер был повязан вокруг талии, и его было почти не заметно из-за пышности вечернего наряда и алого палантина, в который женщина куталась.

Поспешно натянув свитер на себя, Ирис пригладила волосы и перевела дух.

Вайенс был абсолютно уверен, что она полностью в его власти. Разумеется, генералу даже в голову не могло прийти, что Ирис в состоянии сама выбраться с приёма, поэтому особо следить за ней он, наверное, не станет… по крайней мере, до тех пор, как её персоной не заинтересуется Вейдер. Тогда — в любом случае — Ирис, по подсчётам, кинется к нему, к Вайенсу, чтобы укрыться от преследования, и тут-то Вайенс её и прикончит, под носом у Вейдера.

Как бы не так!

Ирис отодвинула стул и вызвала по внутренней связи обслуживающий персонал, чтобы они прибрали в кабинке. Времени было мало — кто знает, не рыдает ли сейчас Ева на груди у Дарта Вейдера, обзывая его подлецом? А реакция последует лишь одна — глаза Вейдера вновь нальются кровавой Силой, и он чёрной смертью пройдет по залу своим стремительным шагом, разыскивая лгунью.

Он будет искать Ирис вне зависимости от того, будет ли Ева ему плакаться в жилетку или влепит хлёсткую пощёчину.

От этой мелочной гадости за версту попахивает ядовитым душком недоброжелателей, мечтающих отравить Вейдеру существование. Он захочет увидеть в лицо своего врага.

Что означает — нужно бежать! Сию же минуту, сейчас же!

Когда пришел стюард, она неторопливо собирала пустые бокалы. Прислуга лишних вопросов не задаёт; вместе с ней Ирис покинула кабинку, и никто не обратил внимания на парочку обслуживающего персонала, ловко пробирающуюся между гостями.

Свою приметную алую шаль-палантин Ирис вынесла с собой, скомкав её и стараясь, чтобы алое пятно на тёмной одежде не привлекло внимания вероятных наблюдателей. В зале она всучила шаль одному из мужчин, уверив его, что это предмет гардероба его спутницы. Что подумала сама дама, остаётся загадкой, но она надела предложенный ей палантин, и в толпе словно алая птица взмахнула яркими крыльями, на миг привлекая к себе внимание всевозможных шпионов. Кажется, мимо одного Ирис даже прошла — неприметный военный невысокого ранга тянул шею, высматривая в толпе даму в яркой шали; он не обратил внимания на невзрачную фигурку, даже когда она толкнула его тележкой с грязной посудой. Ирис едва сдержалась, чтобы не расхохотаться в голос, но её глаза заблестели недобрым огнем, и на дне их сверкнули алые ситхские сполохи.