Удобнее устраиваясь в кресле, Ева снова закрывала глаза, и горячечный бред накатывал с новой силой.

До неё вдруг дошло, что она совершенно ничего не знает о том, что это за человек — Дарт Вейдер, называющийся когда-то Энакином Скайуокером.

Она полюбила символ, образ. Сурового воина. Силу. Целеустремленность. Волю. Ну, и человеческое сердце под холодной чёрной броней, как ей тогда казалось.

В их поединке характеров он умел уступать, не проигрывая, что тоже нравилось Еве. Но компромисс — тонкая игра, ласкающая больше разум, чем душу. А что было на сердце?

Дарт Вейдер никогда не говорил о своей любви к ней; он был дико, обжигающе, пугающе страстен, и Ева понимала, что это чувство неподдельно, но страсть — обычное проявление Силы у ситхов. Она верила и в то, что является для него особенной, но единственной ли? И, может, увидев эту роковую черноволосую красавицу, Дарт Вейдер ощутил такую же страсть?

Просто ещё одна женщина, ещё один источник Силы….

Скольких женщин на своём пути Тёмный Лорд встретит и заметит, скольких захочет? Скольких возьмет?

У него перед Евой нет никаких обязательств — на что она могла полагаться в своих отношениях с ним? — лишь на свою уверенность в том, что Тёмный Лорд выше банальных любовных похождений.

Но в своей влюблённости, в своем невинном эгоизме Ева забыла о том, что кроме них двоих существует целый мир, полный людей, и теперь, когда Вейдер снял шлем и латы, все видят, что он живой человек, что он мужчина, а не бездушный робот. Могут найтись и те, кого он привлечёт… такие, как эта эффектная незнакомка.

Странная смесь дерзости, бесстыдства, жестокости и смелости.

Она не просто рассказывала Еве о своей связи с Вейдером — она предъявляла на него права. Глядя прямо в глаза, вызывала на бой.

Ева закрыла лицо руками, чтобы избавиться от видения, терзающего душу, и застонала.

Эта холодная жестокая дерзость… Дарта Вейдера привлекали такие женщины, да Ева и сама была такой когда-то. Ева вспомнила свои перепалки с Тёмным Лордом на борту "Небесной крепости", тонкие морщинки в уголках его глаз и его усмешку, с которой он наблюдал за бесстрашной глупенькой девочкой, не побоявшейся войти в клетку с тигром. Её пыл растопил его лед, к этому огню он протянул руку. И куда всё делось теперь?

Ева положила руку на живот и чуть всхлипнула.

— Что со мной стало? — прошептала она.

Раньше Ева сама вершила свою судьбу, сама думала, что делать. Теперь, вручив её в чужие руки, она обнаружила, что её судьба для другого человека стоит не больше яблока, которое можно перекидывать с руки на руку, а то и разломить пополам.