Солдат попытался направить на Ксермета свое ружье, но ствол оказался слишком длинным, чтобы втиснуть его между ними. Ксермет опустил руки на горло солдата и сжал их изо всех сил. Из-под черного шлема послышались невнятные хрипы. Солдат начал неистово колотить Ксермета прикладом по спине. Стиснув зубы, Ксермет еще сильнее впился пальцами в шею противника и надавил большими пальцами под кадык. Через несколько секунд удары солдата ослабли и вскоре совсем прекратились.

Ксермет потряс Мигело за плечо. Мигело невнятно что-то промычал в ответ. Из его головы сочилась кровь.

– Вставай, очнись, очнись. – Ксермет еще сильнее затряс товарища.

Мигело ошалело приоткрыл глаза, медленно приходя в себя.

– Да что же вы наделали-то, они теперь всех нас убьют, когда вернутся! – вдруг возопила толстуха с истерическим плачем.

– Замолчи, дура, они жизнью рисковали, чтобы нас спасти! – донеслось с другой стороны связки.

– Спасибо вам, – сказал бородач. – Да только если у вас там не целая армия припрятана, то эти двое сейчас вернутся, и тогда…

Эти слова возымели на Мигело гораздо большее воздействие, чем все усилия Ксермета. Он перевернулся на четвереньки, вытер кровь со лба и начал подниматься на ноги.

Ксермет подобрал с земли меч и подбежал к пленникам. Веревка, которой они были связаны, была с полпальца толщиной. На самом деле веревок было две: одна проходила сзади шеи, а другая спереди. С обеих сторон они были сцеплены небольшими, но крепкими зажимами, так что головы пленников были плотно зажаты в узких петлях.

Ксермет подошел к мужчине в самом центре строя, тому самому, который тянул веревку вниз, просунул лезвие меча между его шеей и веревкой и резко дернул в сторону. Веревка не порвалась, но на ее краю стал виден небольшой порез. Кровоточащая ссадина гораздо большего размера образовалась на шее пленного. Мужчина вскрикнул и начал невнятно протестовать. Толстуха принялась кричать еще сильнее, предрекая всем им скорую кончину.

– Именем короля! – неожиданно для самого себя прокричал Мигело, едва отдавая себе отчет в том, что лично он прибыл в Гакруксию, чтобы с этим самым королем воевать. – Все быстро заткнулись, выполнять приказы! Любой, кто не подчинится, будет казнен еще до возвращения солдат противника!

Тирада возымела действие. Замолчала даже толстуха, которая принялась дико таращить глаза, пытаясь обработать эту новую неожиданную порцию информации. Мигело подошел к Ксермету и принялся работать над веревкой у горла соседнего пленника.

Началось нервное перешептывание. За секунды выстраивались самые невероятные версии про самого короля (который: давно был взят в плен и убит / пустился в бега и скрывался за пределами страны / вот-вот должен был нанести ответный удар силам тьмы и положить конец войне), про Гакруксию (которая: не имела шансов восстановить былое величие / готова была возродиться со дня на день) и про их нежданных спасителей (которые: были вовсе не спасителями, а обычными бандитами / выполняли самую значимую миссию за весь ход войны / не продержатся и полминуты, когда вернутся два других солдата).