* * *

Возвращение мессира Архимага, господина Игнациуса Коппера, вышло поистине триумфальным. Достаточно сказать, что от его дома до Ратушной площади восторженная толпа магов несла милорда мэтра на руках.

Мессир покровительственно кивал, махал рукой, приветствуя «досточтимых сородичей».

Народу в зал заседаний Совета набилось куда больше, что в приснопамятное первое выступление Сильвии. Сидели, стояли, лежали, висели. «Предельщики» пытались левитировать.

Больше всех суетился мэтр Джиакомо. Сильвия наблюдала за ним безучастно, без каких-то там «холодных усмешек» или «презрительных ухмылок». Ей и в самом деле было всё равно; она всё для себя решила.

На себе она ловила массу злорадных, торжествующих, нагловатых взглядов. Нет, никто не дерзнул подойти и бросить ей в лицо что-то вроде «кончилось твоё время» или там «теперь попляшешь». Правда, Джиакомо вдруг перестал именовать её «госпожой» и вообще старался не замечать.

Она заняла председательское место, но на это никто не обратил внимания.

Мессир Архимаг не заставил себя ждать.

Его встретили восторженной овацией: вопили, хлопали в ладоши, скакали, размахивали руками.

– Мессир! С возвращеним, мессир!..

Игнациус шагал со всё тем же спокойно-самодовольным выражением, не спешно, явно наслаждаясь моментом.

Прошествовал между рядов, поднялся на подиум. Улыбясь, слегка поклонился собранию, прикладывая ладонь к сердцу.

«Нет, я не сдамся!..»

И прежде чем улёгся шум, прежде чем заговорил и сам мессир, Сильвия рывком поднялась, вскинула руку, дала Хаосу самую малость свободы – и в зале мигом стало тише.

– Досточтимые маги Долины. Когда я заняла место распорядительницы Совета, я говорила, что по возвращении всеми нами горячо любимого мессира Архимага, господина Игнациуса, первого чародея среди нас, – я с радостью предстану перед его судом. Вот, этот день настал, и куда раньше, чем думали многие из вас. Наш мессир, наш глава, душа и сердце Долины – мессир Архимаг снова с нами!..

Шквал аплодисментов, одобрительные возгласы. Сам господин Игнациус взирал на Сильвию с лёгким интересом, слегка приподняв бровь.

– Ни на йоту не отступлю я от слова, данного вам, досточтимые. Мессир Архимаг, дозвольте мне…

– Помилуйте, дорогая Сильвия, – Архимаг улыбался, словно старый служака – смешному и даже трогательному в своей наивности новобранцу. – Помилуйте. Что вы сделали – я знаю. Показали себя, чего уж там, показали. Так говорю я, досточтимые маги?

Растерянный шум. Сильвия нашла глазами бледных Ирэн Мескотт и Эрреаса Трагне – сидят рядышком, голубки, застыли, неужели и за руки держатся?.. Точно! Взялись. Ну, дела…