Ракот ясно видел, куда указывали мёртвые.
То, что не удалось разглядеть брату Хедину, что не увидел он сам, что не было явлено ни в каких видениях, что не почувствовала Древняя Тхенчана, что не явил ему Урд.
Лёд наступал со всех сторон, пространство Межреальности оборачивалось исполинским кристаллом, однако у этой катастрофы и впрямь имелось сердце.
Клубок заклятий, а может, силы, а может, чего-то ещё, вплоть до самой сути Дальних; он нёсся по поверхности окаменевшего пространства, и от него расходился шлейф изменённой ткани мира.
Хитрецы вы, Дальние, а не хитрее вороны. Думали, что спрятали ото всех и себя, и чары свои; и думали – никто не заметит? От таких, как мы с братом, укрыли, да, а вот про мёртвых забыли, тем более рядом с Источником Магии, хоть и ложным и фальшивым, но всё равно – Источником!
Молодчина, лучница Мьёлль. Молодец, рыцарь Леотар. Молодцы они, подмастерья брата Хедина, их жертва была поистине не напрасна.
Мощь всех трёх Источников стягивалась в незримое копьё, протянувшееся сквозь всю беспредельность; и не просто копьё! Владыка Тьмы как никогда чётко понимал, для чего теперь ему может пригодиться то самое заклятие вызова Неназываемого, и знал, к чему его применить.
В этот миг под ним дрогнула земля, фундаменты Асгарда, его стены и золотые щиты на крыше Валгаллы. Складки Межреальности раскрывались, по равнинам Иды устремлялись потоки уже знакомых конструктов – «как они выследили его армию?», смятенно подумал Ракот.
Тёмные Легионы, однако, знали, что нужно делать. Достаточно было малейшего его кивка – и потоки тварей Мрака потекли к стенам и башням Асгарда; Древние – Тхенчана и остальные – устремились следом, причём громадная улитка являла удивительную прыть.