– У вас принят некий эликсир, – ухмыльнулась Аэ, – эликсир, непосредственно связанный с возможностью насладиться, гм, прелестями синьорины Марицы. Эликсир действует не слишком долгое время, принимать его особенно часто вы не рискуете, и потому…

– Хватит! Хватит! – замахал руками маэстро, красный как рак. – Что вы себе позволяете, синьорина?!.

– Ничего особенного, – пожала плечами драконица. – Всего лишь хочу, чтобы вы поняли – мы не просто путники, не просто странники на большой дороге…

– Это я уже понял, – пробурчал маэстро Гольдони, зло кусая губу. – Так что с артефактом? Что с ним? Давайте, говорите, и покончим с этим!

– Мы разыскиваем некий камень, – проговорил Фесс. – Камень, возможно, известный вам под именем «Душа Дракона».

Глазки маэстро Гольдони беспокойно забегали.

– Душа дракона? Что за ересь, что за чепуха? Всем известно, что у драконов нет и никогда не было никакой души! И вообще, при чём тут я?

– «Душа Дракона» спрятана где-то в этой башне, маэстро, – лучезарно улыбнулась Аэ. – Вы же, разумеется, не имеете к этому никакого отношения – собственно, никто и не утверждает, что имеете. Он просто где-то в недрах сей башни – а как давно он там, поистине неведомо. Может, сто лет. А может, триста. Артефакт пропал из виду чародеев этого мира почти пять веков тому назад…

– Н-но п-позвольте, – сжался маэстро. – Если артефакт, как вы говорите, уже сотню лет где-то в этой башне… он, как и башня, принадлежит мне! Ибо я честно купил у местной коммуны сии развалины и сам герцог Орсино подтвердил мои неотъемлемые права на них!.. Всё оформлено должным образом!.. Извольте удостовериться, извольте!..

Аэ бросила быстрый взгляд на некроманта. Тот едва заметно кивнул, прислушиваясь – прислушиваясь к тому, что будет твориться в здешних подземельях.

Драконица повела плечами, привстала. Глаза её вспыхнули янтарным пламенем, огонь затопил их, искры заструились, срываясь с висков. Над головой Аэсоннэ всклубился пламенный туман, и в нём смутно угадывались очертания совсем другого тела.

Мэтр Гольдони так и замер, не добежав до вычурного резного бюро, несомненно, скрывавшего в себе то самое «всё», «оформленное должным образом». Марица тонко пискнула и плюхнулась на пятую точку, быстро-быстро отползая к лесенке в опочивальню.

Аэсоннэ склонилась, медленно вытянула руку, лениво коснулась столешницы согнутыми пальцами. Повела к себе – полированное дерево полыхнуло четырьмя глубокими бороздами, словно следом огненных когтей.

Драконица выпрямилась, дунула на собственные ноготки – розовые, ухоженные, казалось бы, ничем не напоминающие – и выразительно уставилась на маэстро.