– То есть ты был не один?

– Я был с Ли, но откуда он взялся и куда делась наша компания, не представляю.

– Что за компания?

– Та же, что и в Лаик. Братцы-Катершванцы, Берто, Паоло и кто-то еще, его я забыл напрочь. Да, потом ты в камин залез и принялся с нами говорить…

– Погоди, – Валентин подошел совсем близко, – ты не помнишь, кто изначально был с вами и почему вы там оказались?

– Не помню, может, его вообще не было… Тьфу ты!

– Несусветная кляча, – вежливо подсказал Спрут. – Ты только что вспомнил, что забыл Окделла, которого вы все пытались выручить? Это очень любопытно.

– Говорю же, бред! У меня в голове что-то слиплось, я помнил, что нас заперли, пришли призраки, и мы смотрели, как они уходят в стену. Ну так они опять явились. Последними шли мы с Ли, и мы же стояли и смотрели, я еще подумал, что таким Лионель был в Аконе, когда мы фок Дахе ждали.

– И что случилось дальше?

– Почти ничего. Зазвонил колокол, ты меня окликнул, я увидел снег и эти палки.

– Это точно всё?

– Ну… Я, который не я, а призрак, обернулся, а Ли так и шел, держа руку на эфесе. Зачем – непонятно, драться вроде было не с кем, а идти так неудобно… Постой! Эфес был какой-то неправильный, я у братьев такой шпаги не помню. Точно! Она больше на палаши похожа, с которыми в Двадцатилетнюю воевали, в Старом Арсенале таких навалом.

– Ты уверен, что видел именно графа Савиньяка?

– Его, пожалуй, перепутаешь! Говорю же, мы уходили и при этом на себя смотрели, потом обернулся я, потом Лионель… Нет, я точно бредил, на таком расстоянии хорошо если перевязь разглядишь.

– Ты ее разглядел?

– Нет вроде…

– Значит, не разглядел, а что ты помнишь из наших предыдущих приключений?

– Хороший вопрос.

«Фульгаты» прогулялись до конца овражка и ничего, само собой, не нашли. Снега было не слишком много, не глубже чем по колено, сам овраг зарос той же водопляской, что и незабвенные берега Хербстхен, но пройти им было можно, и Валентин решил прогуляться. Они оставили Барсука матери и отправились. Валентин рассуждал, Арно пытался сосредоточиться, но в голову лезла всякая ерунда, то грустная, то смешная, так что на вопросы друга виконт отвечал невпопад. Придду это надоело, и он замолчал.

– Я, как выражался наш ментор – ты не представляешь, какого злюку на меня натравил Бертрам! – распустился. Ты что-то говорил, мне в одно ухо влетало, в другое вылетало, потом мы выбрались к пригорку на задах церкви, и ты попросил меня помолчать, хотя я ничего не говорил.