– Она не уверена. Но я – уверен. Потому что это я ее подложил.-Он стиснул зубы, вспомнив это. – Я не хотел причинить большого вреда или разрушить звездолет. Необходимо было немного повредить его, чтобы ему пришлось отправиться для ремонта на ближайшую планету – 20Б-40.

На секунду она потеряла дар речи.

– Все эти люди...-сказала она. Но не окончила фразу и положила руку на его плечо.– Но ведь вы не хотите причинить вреда? Что же случилось?

– Не знаю,– сказал он.– Я думаю, просто ошибка. Мы переоценили возраст и прочность альбенаретских звездолетов. Переборка, которая должна была выдержать взрыв, развалилась и огонь вырвался наружу.– Она все сильнее сжимала его плечо, глядя в его глаза.

– Почему вы говорите мне это?

– Может быть... потому, что верю тебе. Не знаю почему – не могу объяснить. Почему-то я должен был тебе об этом рассказать. Ты одна годилась для этого.

Она смотрела на него так, как еще никто никогда не смотрел. Это беспокоило его, и к тому же он ощущал странное чувство робости. Он никогда не предполагал, что у женщины может быть такой взгляд. Он хотел сказать ей что-нибудь, но годы тренировки и дисциплины не позволили ему сделать это.

Осторожно он снял ее руку со своего плеча и повернулся. Он прошел через среднюю секцию, остановившись на секунду, чтобы убавить звук магнитофона. Рабочие молча смотрели на него.

Не обращая на них внимания, он прошел к себе в отсек и лег на койку. Натянув повязку, он погрузился в спасительную искусственную тьму.

9

9

Десятый день: 11.22

Дай плакала, сидя на койке. Первое время после ужасного происшествия на корме она успокаивалась лишь в присутствии другой женщины, но потом ей стало лучше и Френко удалось ее успокоить. Но все-таки иногда она плакала безо всякой видимой причины.

– Что я могу поделать? – говорил Френко. Он стоял вместе с Джайлсом и Марой в кормовом отсеке. Дай только что оттолкнула его, когда он попытался присесть рядом с ней.

– Не знаю,– задумчиво сказал Джайлс.– Очевидно, ее нужно лечить, но ясно, что никто из нас на это не способен. Не вини себя, Френко...

– Но ведь это я придумал подписать этот контракт! Я! Шансы были один к тысяче, и когда нас избрали, мы были счастливы! А теперь...

– Я сказал, не вини себя. Неизвестно, в чем причина ее болезни: может быть в пище, или в атмосфере шлюпки. А может, это проявляется какая-нибудь наследственная болезнь. Будем помогать ей всем, чем можем. Я всегда готов это сделать.

– И я,– сказала юноше Мара.– Я тоже готова.

– Спасибо,– устало ответил Френко голосом человека, потерявшего всякую надежду.