– Я не знаю, что с ней, но она без сознания. Осмотри ее, Мара, может, обнаружишь что-нибудь.

Мара, отодвинув его, взялась за тонкое запястье капитана, пытаясь нащупать пульс, но его не было. Она, как и Джайлс, подняла веко, потом пробежала пальцем по телу капитана, пока не нащупала что-то на затылке, там, где кончалась шея.

– Я нашла пульс,– сказала она.– У кого-нибудь есть часы? Нет? Гроус, подай счет со своего компьютера.

– Сейчас,– ответил тот. Он пробежался по кнопкам и начал считать, глядя на дисплей:

– Один, два, три...

Он досчитал до тридцати прежде, чем Мара отпустила тело капитана.

– Хорошо, хватит. Адельман, она жива, хотя я и едва могу этому поверить. Пульс у нее 16 ударов в минуту. Вы не знаете, это нормально?

Джайлс покачал головой.

– Не знаю, но сомневаюсь, что он должен быть так редок. Они живут не дольше нас, так же теплокровны и активны. Для человека нормальный пульс – около 70, но...– он не мог найти подходящего сравнения.– В любом случае похоже, что у нее кома, или еще что-то в этом роде.

Байсет высказала мысль, которая была на уме у всех:

– Как вы думаете, сэр, она успела изменить курс?

– Надеюсь,– сказал Джайлс.

Он взглянул на приборы, но они ничего ему не говорили.

– Я изучу управление,– сказал он,– и постараюсь узнать это. Не следует рассчитывать на худшее. Капитан особенно...

Он прервался. Не говорить же им, что он обещал выдать террориста.

– У нее тоже есть причины стремиться попасть на 20Б-40. Может быть, это состояние естественно для женщин их расы, когда они в положении. Она должна была предчувствовать его наступление и выполнить свою задачу до него.

– А если нет? – спросила Мара.

– Я думаю, она успела. Найдите для нее койку и уложите ее. Идите! – рявкнул он, раздраженный их медлительностью.– Вы не умрете, если прикоснетесь к ней!

Испуганные Хэм, Гроус, Мара и Байсет подняли тело капитана и унесли его. Джайлс принялся изучать приборы.

Он последовательно осмотрел все, что можно было осмотреть, независимо от того, понимал он это или нет. Не все из них были полностью незнакомы ему. Похожие были у него на яхте, назначение других можно было понять, имея некоторый опыт космических полетов. Назначение экранов было и вовсе очевидно.