Он нашел лист.

Ни единый знак не ускользнул на нем от его взора, но он не мог понять, успела ли капитан изменить курс или нет. Он заметил навигационную книгу. Даже если и понять, что в ней написано, все равно ему не удастся ответить на свой вопрос. Эта книга была частью науки, которую он не знал. Он проглядел ее страницы: каждая была заполнена двумя столбцами коротких линий, которые для него были столь же понятны, как и египетские иероглифы.

Вдруг он заметил, что между листами книги располагается край отсутствующего листа. Он пригляделся. Страница была вырвана. Но почему капитан... Эстевен!

– Эстевен! – заревел он.– Сюда!!!

Через несколько секунд появился Эстевен в сопровождении, а, вернее, они его тащили, двух рабочих. Он попытался что-то объяснить, но был слишком взволнован. Джайлс взглянул на остальных.

– Я звал только Эстевена. Разве я просил прийти всех?

Они исчезли за перегородкой. Он проводил их взглядом и подошел к музыканту.

– Отвечай, кто вырвал страницу? Это было, пока я болел.

– Нет... нет...– запричитал Эстевен.– До того... давно... Еще до того, как капитан поймала меня в первый раз. Поверьте мне, я не лгу. Я не могу вам лгать, вы спасли меня трижды – два раза от капитана и один раз от тонки. Я никогда не верил, что кому-то может быть не все равно, жив я или мертв. Но вам не все равно, хотя вы и не знали меня раньше. Я сделаю для вас все. Я взял только одну страницу. Только одну...

– Ладно,– сказал Джайлс, которому претило столь открытое выражение эмоций.– Я тебе верю. Иди к остальным и молчи. Не говори им о странице, понял?

– Спасибо... спасибо, Ваша Честь! – Эстевен попятился и исчез за перегородкой.

Джайлс вернулся к книге. Холод прокрался к нему в душу. Он осмотрел страницы в поисках следов нумерации. Их не было, но, несмотря на это, у него росло подозрение, которое почти оформилось, когда позади него раздался голос Мары:

– Так вот почему капитан потеряла сознание.– Она говорила спокойным тоном, как будто это не было делом жизни и смерти.– Она открыла страницу, необходимую для второй поправки, и увидела, что ее съел Эстевен.

Он резко обернулся.

– Ты хочешь сказать...

Она прервала его. Поразительно, но она выдержала его взгляд. Она, рабочая...

– Мы не дураки и не невежды, Адельман. Не стоит считать нас полными идиотами.

– Ладно, ты, вероятно, права. Эстевен успел стащить эту страницу еще до того, как капитан поймала его. Быть может, это именно та страница, на которой записаны правила проведения поправки курса.

– Это значит, что курс не изменен, и, не говоря уже о 20Б-40, мы не достигнем и Бальбена. Мы летим в никуда.