Снова Вомакт:

– И кто остановил жажду смерти?

– Генри Хаберман победил Первый эффект в Третьем космическом году.

– И, сканеры, что же он сделал?

– Он сделал хаберманов.

– Как делают хаберманов, сканеры?

– Их делают разрезами. Мозг отсекают от сердца и легких. От ушей и носа. От рта и желудка. От желаний и боли. Мозг отсекают от мира. Остаются только глаза. Только контроль над живой плотью.

– И каким образом, сканеры, осуществляется контроль над плотью?

– Посредством блоков, помещенных в плоть, панелей управления, помещенных в грудь, знаков, созданных, чтобы управлять живым телом, знаков, по которым живет тело.

– Как живет хаберман?

– Хаберман живет под контролем блоков.

– Откуда берутся хаберманы?

В ответ Мартел услышал оглушительный рев хриплых голосов, разнесшийся по залу: сканеры – сами хаберманы – озвучили свои слова.

– Хаберманы – отбросы человечества. Хаберманы – слабые, жестокие, наивные и неприспособленные. Хаберманы – приговоренные к худшей участи, нежели смерть. Хаберманы живут лишь в своем сознании. Они погибают ради Космоса – и живут ради него. Они водят корабли между Землями. Они живут в Великой боли, пока обычные люди спят ледяным, ледяным сном полета.

– Братья и сканеры, ответьте мне: хаберманы мы или нет?

– Мы хаберманы по плоти. Мы рассечены, мозг и плоть. Мы готовы выйти Наверх-и-Наружу. Каждый из нас прошел через Устройство Хабермана.

– Значит, мы хаберманы? – Вомакт задал ритуальный вопрос, сверкая глазами.

Вновь ответ сопроводил рев голосов, который слышал только Мартел:

– Мы хаберманы, но не только, не только. Мы избранные, ставшие хаберманами по собственной воле. Мы агенты Инструментария человечества.

– Что должны говорить нам Иные?