– Предположим, я поверила. Как бы я смогла жить, если бы считала, что меня любят? Если бы я верила тебе, я бы разорвала себя в клочья, размозжила бы себе голову об стену, я бы… – Смех перешел в рыдания, но Кроули продолжила говорить: – Вы настолько тупые твари, что даже не понимаете, что вы чудовища. Вы не люди. И никогда не станете людьми. Я сама одна из вас. Мне хватает честности признать, что я такое. Мы грязь, мы ничто, мы даже ниже машин. Мы прячемся в земле, как слякоть, и люди не плачут, убивая нас. До сих пор мы хотя бы прятались. Но явилась ты, ты и твоя ручная человеческая женщина, – Кроули бросила гневный взгляд на Элейн, – и пытаешься изменить даже это. Я убью тебя еще раз, если смогу, ты, ничтожество, шлюха, собака! Что ты делаешь с телом этого ребенка? Мы даже не знаем, кто ты теперь такая. Ты можешь объяснить?
Человек-медведь незаметно подобрался к Кроули, готовый снова ударить ее, если она бросится на маленькую Джоан.
Джоан посмотрела прямо на него и легким движением глаз приказала не трогать Кроули
– Я устала, – сказала девочка. – Устала, Кроули. Мне тысяча лет – и еще не исполнилось пяти. Теперь я Элейн, и Охотник, и госпожа Панк Ашаш, и знаю намного больше, чем предполагала знать. Меня ждет работа, Кроули, потому что я люблю тебя, и, думаю, я скоро умру. Но прошу вас, добрые люди, сперва дайте мне отдохнуть.
Человек-медведь стоял справа от Кроули. Слева к ней приблизилась женщина-змея. Ее лицо было симпатичным и человеческим, за исключением тонкого раздвоенного языка, который выскакивал изо рта и прятался обратно, подобно гаснущему пламени. У нее были крепкие плечи и бедра, но груди отсутствовали. На плоской грудной клетке болтались пустые золотые чашки бюстгальтера. На вид ее руки казались крепче стали. Кроули шагнула к Джоан, и женщина-змея зашипела.
Это было змеиное шипение Старой Земли.
На мгновение все люди-животные в коридоре перестали дышать и уставились на женщину-змею. Та зашипела снова, глядя прямо на Кроули. В тесном коридоре этот звук вызывал омерзение. Элейн увидела, что Джоан сжалась, словно маленькая собачка, Мой-милый-Чарли выглядел так, будто готов отпрыгнуть метров на двадцать, а самой Элейн захотелось ударить, убить, уничтожить. Шипение бросало вызов им всем.
Женщина-змея спокойно огляделась, прекрасно осознавая, какое внимание привлекла.
– Не тревожьтесь, милые люди. Видите, я называю нас так, как называет Джоан. Я не причиню вреда Кроули – если только она не причинит вреда Джоан. Но если она причинит Джоан вред – если кто-либо причинит вред Джоан, – им придется иметь дело со мной. Вы знаете, кто я такая. Мы, з-люди, обладаем большой силой и высоким интеллектом – и полностью лишены страха. Вам известно, что мы не размножаемся. Людям приходится создавать нас по одному из обычных змей. Не ссорьтесь со мной, милые люди. Я хочу узнать про эту новую любовь, которую принесет Джоан, и никто не причинит ей вреда, пока я здесь. Слышите меня, люди? Никто. Попробуйте – и умрете. Думаю, я смогу убить почти всех вас, прежде чем умру, даже если вы нападете на меня одновременно. Слышите, люди?